Офис. Тоня.

В этом форуме выкладываем русскоязычные рассказы.
Forum rules
Общение только на русском языке!!!
Сообщения на других языках будут удаляться!!!
Post Reply
User avatar

Topic Author
Флав Найребис
Интересующийся
Posts: 55
Joined: 06 Oct 2019, 08:00
Reputation: 20
Sex: male
Location: Сибирь
Ваш Знак зодиака: Весы
Has thanked: 29 times
Been thanked: 38 times
Gender:
Russia

Офис. Тоня.

Post: # 47418Post Флав Найребис
24 Nov 2019, 14:32

Флав Найребис

Офис. Антонина.

Глава 1.

Пенсия – это хорошо. Только скучно и денег мало. Пенсия – это просто тощая финансовая «подушка безопасности», но не более того. Потому, изнывая от безделья и обуреваемый жаждой наживы, я пошёл искать себе непыльную работу. Помогли бывшие коллеги, спасибо им.
На втором этаже офисного корпуса неубиваемо пахло свежесваренным кофе. Правильно, здесь квартирует высокое начальство, здесь самая шикарная отделка стен и ковровое покрытие на полу. Здесь принимают дорогих гостей, дорогих – в прямом и переносном смыслах.
Меня провели выше, почти под крышу. Здесь за двойными бронированными дверями располагалась Служба безопасности конторы. Мне предложили глубокое кресло, и руководитель СБ начал пристально мусолить мои документы.
Офис СБ был выдержан в спартанском стиле: ничего лишнего. Пять сейфов различных величин и степеней защиты довершали степенность кабинета. Впрочем, что-то мне подсказывало: не все секретные хранилища выставлены на показ, кое-что спрятано от глаз посетителей. И это правильно.

- Кхм… - руководитель СБ отложил ксивы и сурово воззрился на мою скромную персону. – Со спецдокументацией приходилось работать?
- Так точно.
- Степень секретности?
- Достаточная. Первая форма допуска.
- Понятно. У нас фирма солидная. Конкуренты не дремлют. Утечки информации нет и быть не должно.
- Заметил. У меня на входе изъяли мобильный телефон.
- Все переговоры – только по проводной связи. Фото и видеосъёмка запрещены. На компьютерах установлены блокировки обмена данными с флеш-картами. Интернет-связь – только через сервер. Соответствующая прослушка работает постоянно, об этом все сотрудники предупреждены под подписку. Всё ясно?
- Более чем.
- Когда готовы приступить к выполнению служебных обязанностей?
- Если все проверки закончены, то хоть немедленно. Хотелось бы знать, чем конкретно придётся заниматься?
- Проверки всех, в том числе и сотрудников нашей службы, никогда не заканчиваются. А в части, вас касающейся, служебные обязанности доведут. Мой заместитель вас проводит на рабочее место. Завтра получите личный сейф и печать. А пока ознакомьтесь с инструкциями и в соответствующем журнале зафиксируйте согласие их выполнения. Василий, проводи! – эта фраза была обращена к заму.

Зам козырнул, почти по-военному, предложил мне пройти. Что ж, служба есть служба. Во всяком случае, здесь не придётся падать носом в грязь, ломать кому-то руки и бряцать оружием. Надеюсь, что не придётся. Но и приятный запах свежего кофе сюда не доходил. Не по статусу.

Глава 2.

Мне поручили работу в архиве. Рутина, но отказываться не в моих правилах. Дело есть дело. Будем перекладывать пыль веков.
Архивариусом оказалась молодая женщина, лет тридцати-тридцати пяти. Невысокий рост, фигурка типа «песочные часы», впрочем, достаточно ладная: талия на месте, все пропорции соблюдены. Густые волосы каштанового цвета, до плеч, милое лицо с правильными чертами; аккуратное деловое тёмно-синее платье-«миди» с белыми манжетами и подворотничком. Отсутствие правой ноги и пластмассовые подмышечные костыли не портили картины. Барышня разглядывала меня с неменьшим интересом и хитровато улыбалась. Единственным диссонансом во всём облике мне показался только полусапожок, намертво пришнурованный к левой ноге. Ножка была гладкая, крепкая, кругленькая, как новая кегля. Но что-то не гармонировало в обуви… Возможно, непропорциональный размер: слишком маленький, даже для небольшого роста владелицы.

- Ты в каком звании? – нарушила паузу архивариус. – Кстати, меня Антониной зовут.
- Флавентий. – Я представился. – Гражданский человек.
- Неправда! – возразила Антонина. – Здесь все со званиями. Я старший прапорщик войск связи, бывший, в отставке по ранению. Интересуешься, почему без ноги?
- Данный факт не входит в мою компетенцию…
- Снова неправда! – архивариус задорно хихикнула. – Ты так пристально рассматривал мою ногу и сапог, что не заметить твоего интереса было просто невозможно. Рассказать?
- Хорошо, если так настаиваешь, давай сразу окончим все формальности при знакомстве и перейдём к делам.
- Всё тривиально: подорвалась на «растяжке». Правую ногу оторвало полностью, на левой пришлось ампутировать половину ступни, осталась только пятка. Хочешь посмотреть?

Не дожидаясь ответа, Антонина присела на стул, быстро, ловкими движениями расшнуровала сапожок. Мне на обозрение была выставлена изрезанная шрамами половинка ступни с мозолистой пяткой, - всё, что осталось после вмешательства полевого хирурга. Зрелище было не самое приятное.

- Тебя не шокирует? – Антонина снова хитровато хихикнула и прищурилась.
- Ничего, я привык. Приходилось видеть и более серьёзные ранения. И их последствия. Так что, в обморок не упаду, не надейся.
- Бывал в «горячих точках»? – эта фраза была произнесена уже более серьёзным тоном.
- Приходилось. Но к нашему делу это отношения не имеет.
- Всё имеет… - Антонина принялась снова зашнуровывать сапожок. – Гражданский человек, говоришь?
- На пенсии, в отставке, - значит гражданский.
- Ладно, не выкруживай. Васька уже прокололся, сказал, что ты подполковник ОСНАЗа. Чёрный берет, угадала? Как мне тебя называть? Флавентий – слишком длинно и скучно. И официально. Даже хуже, чем «товарищ подполковник». Есть какое-то более «домашнее» имя?
- Можно просто Веня.
- А меня – просто Тоня.

Я кивнул в знак понимания.

- Вот и договорились. Хочешь чаю? Сейчас как раз регламентированный перерыв, пятнадцать минут.
- Не откажусь.
- Отлично!

В силу полученной травмы, Тоня была практически привязана к костылям: ни стоять, ни прыгать на остатке ноги у неё не получалось. Впрочем, все движения были чёткими, плавными, отточенными до совершенства. Я принёс баклажку воды из кулера, перелил в электрочайник; Тоня поставила на столик коробочку с чайными пакетиками, два бокала, сахар, надорванную пачку печенья. Чай я выпил с удовольствием, хотя и не люблю привкус бумаги у пакетированного порошка, от печенья отказался. Барышня разглядывала меня с нескрываемым интересом, словно нащупывала уязвимые точки.
И тут до меня дошло! Это не я послан проверять архив! Это МЕНЯ проверяют на «вшивость»! Значит, каким-то непостижимым образом, информация о моих нестандартных пристрастиях дошла до руководителя Службы безопасности. Что же, придётся его немного разочаровать.

Глава 3.

Проверка архива – сущая формальность. Сверка с журналом наличия имеющихся подлинников документов. Проверка журнала выдачи учтённых копий. Проверка журнала сданных учтённых экземпляров копий. Проверка утилизации документов и их учтённых копий. Проверка правильности всех записей. Проверка правильности оформления документов всех комиссионных проверок. Отдельно – проверка выдачи и сдачи всей спецдокументации… На третий день я готов был взвыть от отчаяния и скуки проделываемой работы. От столь решительного шага меня удерживали два обстоятельства: данное поручение – это проверка лично меня на профпригодность и, конечно же, наличие рядом со мной милой Тони.

- Послушай, зачем такие сложности? Есть же электронное хранилище документов. А тут такая архаика: бумажные носители!
- Электронное хранилище – на сервере в конструкторском отделе. – Тоня нахмурила лобик, словно вспоминая инструкцию по работе с документацией. - Передача документов между компьютерами фирмы - через центральный сервер и только с разрешения главного конструктора, главного технолога и твоего шефа. Копирование на съёмные электронные носители заблокировано. Линия электронной почты на внешние выходы тоже блокирована для простых смертных. А в работу, например, на станок, всё равно выдаётся «бумажный» вариант документа, к тому же в архиве хранятся и бумажные оригиналы всей документации на случай, если сервер рухнет. Всё учтено!

Тоня порхала на костылях по помещению архива так, будто бы они с ней составляли единое целое. Стоять только на пятке, оставшейся от ступни, без дополнительной опоры она не могла, передвигаться – тем более. Иногда на её милом лице можно было заметить гримасу боли. Впрочем, она всегда была обходительна в обращении, и ни одного слова жалобы на боль, или неудобства, от неё не поступало.
Два раза в день, в регламентированные перерывы, мы пили чай. Я приносил к столу сушки-баранки, чай и сахар были за хозяйкой. Разговоры у нас были ни о чём. Только один раз барышня проявила заинтересованность:

- Ты женат?
- Нет.
- Был женат?
- Нет.
- Почему?
- Долго рассказывать.
- Расскажи. Я послушаю.
- Придётся пересказать полжизни. Это долго и не очень интересно. Мне долго рассказывать, тебе – не интересно слушать. Замнём для ясности.
- И напрасно. А моя жизнь тебя тоже не интересует?
- Захочешь – расскажешь. То, что посчитаешь нужным. Расспрашивать не буду.
- Мне действительно хочется с тобой поделиться. Только не здесь. Пригласи меня в гости?
- Тебя никто не приревнует?
- Никто. Первый муж, военный, майор, погиб через год после свадьбы. Второй муж, гражданский специалист, развёлся со мной после моего ранения. Не смог вынести вида моего искалеченного тела. Так и заявил: «Как я с тобой вместе на люди выйду? Это же позорище, когда рядом ковыляет одноногая! Друзья на смех поднимут, скажут, что не смог во всей стране нормальную бабу себе найти!» Так и расстались. Детей у нас не было.
- Понято. Принято к сведению.
- А женщины у тебя были?
- Были.
- Сколько, если не секрет?
- Достаточное количество. Не для оглашения.
- И что же, ни одна не смогла увести тебя под венец?
- Тоня, не лезь в душу. Много будешь знать, - плохо будешь спать!
- Ладно… Так, когда ты меня приглашаешь к себе?
- Давай в ближайшую субботу. Заеду за тобой в 12-00.
- А… куда?
- Я знаю, где ты живёшь. Есть возражения?
- Договорились!

Глава 4.

Тоня проживала в крохотной комнате, девять квадратных метров, немного переделанной, перепланированной из старой общаги и проданной в собственность. Кухня, как таковая, отсутствовала. Коридор являл собой короткий аппендикс с миниатюрной вешалкой, больше в него ничего поместить было невозможно. Туалет совмещённый, без ванны, - только унитаз и душевая кабинка. Ну и кран с водой, разумеется. С горячим водоснабжением были постоянные перебои, поэтому над рукомойником висел мощный водонагреватель. А вдоль стен туалета и душевой кабинки были укреплены поручни, чтобы хозяйка данных «хором» могла передвигаться без костылей. Всё функционально.
Я вспомнил свою последнюю недавнюю пассию, Анастасию. У неё тоже по всей небольшой квартире были встроены поручни, прихватки, дверные ручки, - по стенам, в коридоре, на кухне, в ванной… С ней у нас как-то сразу не заладилось, слишком требовательной оказалась барышня, слишком меркантильной, привередливой. Этот принцип: «Бери от жизни всё, особенно то, что плохо лежит!» - мне никогда не нравился. Расстались через неделю после знакомства. Даже в кровати встретиться не удалось: она потребовала предоплату в виде дорогих подарков, при этом недвусмысленно намекала, что таковыми могут быть серьги с бриллиантами, или браслет аналогичного качества. В общем, «развод на бабки», а я не повёлся. Хорошо то, что хорошо кончается. Или вовсе не начиналось.
К Тоне я заявился по всей форме: с букетом цветов и коробкой конфет. Букет был принят с благодарностью, взять с собой конфеты я отказался: найдём ещё. Мы загрузились в авто и проследовали к месту моей дислокации. Тоня была немного напряжена и всю дорогу молчала, словно сожалела о принятом решении. Я не пытался развлечь разговорами спутницу, дабы не усугубить неловкость. Приехали!
Квартира поразила мою гостью своей огромностью. Ещё бы, после её жалких квадратных метров, мои четыре полновесных комнаты показались дворцом! Сняв свой уродливый сапожок, обнажив мозолистую пятку и обтерев костыли, Тоня в восторге обходила жилплощадь, поминутно охая и задавая вопросы. Наконец она выдала вердикт:

- Это просто безобразие, одному жить в такой квартире! Это слишком шикарно для одного! Тебе срочно нужна жена, чтобы холостяцкая жизнь мёдом не казалась!
- У тебя есть кандидатуры на рассмотрение?

Тоня напряглась. Потом, нахмурив брови и усевшись на диван, неожиданно выдала тираду:

- Ладно, давай начистоту. Моему и твоему шефу кто-то слил информацию, что ты неравнодушен к женщинам с телесными повреждениями. С ампутацией. Поэтому тебя и направили в архив. Меня тоже предупредили. Кто явился информатором, - не знаю, честно. Почему-то ожидалось, что ты трахнешь меня прямо в архиве, чуть ли не в первый же день. Похоже, что информация оказалась ложной. Во всяком случае, проверку ты прошёл. Прости меня, что я вынуждена была выполнять роль «подсадной». Приказы не обсуждаются, верно?
- Верно, не обсуждаются, товарищ старший прапорщик. Будем считать, что ты задание выполнила. А теперь выдвигаемся на кухню: кофе готов, поляна накрыта. Продолжим беседу в более располагающей обстановке.
- Подожди, ещё немного. Понимаешь, результатом проверки в проигрыше оказалась я. Ты мне сразу понравился. Но если бы ты действительно «прокололся» тем, что «западаешь» на инвалидов, тебя бы тут же уволили. И я тебя больше бы не увидела… А если ты к инвалидам равнодушен, значит, у меня нет шансов понравиться тебе. Весь этот спектакль с демонстрацией культи ноги был спланирован заранее. А теперь я об этом искренне сожалею. Прости!
- Не сожалей. Мы сразу расставили точки над «Ё». Ты выполнила приказ, я не рухнул в обморок при виде твоих шрамов.
- И не набросился…
- Ага. Идём, а то кофе остынет. Разговор не окончен, просто сделаем приятную паузу.

Глава 5.

Мы вкушали ароматный кофе, судя по запаху, ничуть не хуже того, каким потчевали на втором этаже нашего офиса. Костыли стояли за дверью. Тоня смущённо прятала левую ногу от меня, пытаясь задвинуть искалеченную ступню то под стул, под себя, то под стол. И всякий раз выходило неловко. Наконец она выпрямила свою конечность прямо передо мной и в упор спросила:

- Веня, а я могла бы тебе понравиться? С двумя ногами, или вот так, с одной? Ты мог бы связать свою жизнь с инвалидом? Скажи, только честно, я не обижусь.
- Ты кушай, кушай… - Я придвинул гостье вазочки с печеньем, блюдо с пирожными, конфеты. – Что, тебя продолжает «доставать» этот официальный разговор? У нас с тобой конфетно-букетный период, считай, что я за тобой ухаживаю.
- Не увиливай, Веня. Ты, как будто, тоже включился в эту игру. Только меня она уже не устраивает. Мерзко это. Я поступила гадко, а ты словно и не заметил, типа, так и надо. Или ты меня тоже проверяешь?
- А тебя-то мне на какую «вшивость» проверять? Ты работаешь на фирме гораздо дольше меня, думаю, что тебя уже проверили неоднократно, вдоль и поперёк.
- Не знаю. Есть предположение. Видишь ли, я на фирме ни с кем не переспала. Понимаешь: ни с кем! И вообще, после развода со вторым мужем я стала сторониться мужиков, особенно тех, кто недвусмысленно намекал на постель. А тебя могли подослать, чтобы ты нарушил мой период воздержания. Угадала?
- Тьфу ты! Повсюду какая-то подозрительность, проверки, доносы! Не фирма, а прямо-таки разведка с контрразведкой в одном флаконе. Провокаторы, шпионы, диверсанты, предатели… Что за паранойя, объясни?
- Понимаешь, наш Генеральный директор заключает очень денежный контракт с военным ведомством. Он обговаривает условия этого контракта уже второй год. Основным и главным условием контракта, помимо его исполнения «в железе», является полное соблюдение тайны и секретности. Отсюда и вся суета, и суматоха, тотальная подозрительность и проверки. А человек, сексуально озабоченный, по определению, есть человек обуреваемый страстями. Потому потенциально ненадёжный. Вот, примерно так рассуждает наше руководство.
- Тогда надо нанимать на работу евнухов, - буркнул я в ответ. – Самый надёжный контингент!
- Если я не сплю ни с кем на фирме, - продолжала Тоня, - значит, я сплю с кем-то на стороне. И, следовательно, по логике Службы безопасности, могу делиться секретами с любовником. А это предосудительно. А я, хоть и работаю в архиве, всё равно ничего в этой бумаге не понимаю! Да, по номеру документа я могу найти его в тёмной комнате и с закрытыми глазами! Но суть и содержание его для меня остаются полным бредом! Я же связист, а не конструктор, не технолог. Да и от специальности у меня остались навыки: два проводка соединить, да линию проверить. То же мне, нашли шпиона!
- А если ты будешь спать в одной койке с сотрудником фирмы, тебе будет больше доверия? По логике получается именно так?
- Наверное… Не знаю. Логика нашего руководства постижима только им самим. Вот сейчас, например, мне без всякой логики, а чисто по-бабьи, хочется с тобой секса. Но я же порядочная женщина! В первый визит к мужчине оставаться у него ночевать – это так неприлично…
- Так, это во-первых. Что у нас во-вторых?
- Во-вторых, если тебя и вправду напрягли проверить меня, ты меня сдашь. А мне этот факт может выйти боком. Могут приписать невоздержанность, распутство, излишнюю эмоциональность. До подозрения в готовности слить информацию на сторону – один шаг!
- Какая-то извращённая логика. А что на третье?
- Я уже говорила. Если тебе нравятся женщины с ампутацией, ты кандидат на вылет. Если нет, то у меня нет шансов быть с тобой. А мне ты очень нравишься!
- Так. Опять тупик. Хочешь вина? Или коньяку?
- А водка есть?
- Есть.
- Тогда лучше водки. Вино меня не расслабляет, коньяк противно воняет, не люблю. «Хуже водки лучше нет…» И сам тоже выпей. Ты же знаешь, не бывает некрасивых женщин, бывает мало выпивки!
- Водка, так водка! – Я добыл из холодильника литровую бутылку прозрачного напитка. – Рюмку, или стакан?
- Давай стакан, он привычнее. Когда на растяжке подорвалась, в качестве обезболивающего в меня три стакана этой жидкости влили. Потому и не померла, наверное.
- Что же, не нашлось противошокового укола?
- Я не одна была ранена. Противошоковые препараты уже были израсходованы, а до полевого госпиталя было изрядно. Нужно было выдержать и боль, и кровопотерю. Наливай, подполковник!

Я повиновался. Тоня выпила почти полный стакан, даже не закусив. Потом приподняла остаток своей нижней конечности и спросила:

- Тебя правда не шокирует вид моей пятки?
- Видал и более страшные поражения. Почему ты так настойчиво спрашиваешь? Какой ждёшь ответ?
- Не знаю. Я сама себя иногда ненавижу за это уродство. А ты от меня не шарахаешься. Но и не жалеешь. И вообще, ведёшь себя так, будто оно так и надо. А я чувствую неловкость. За всё. За провокацию, которую меня заставили проделать. За свой одноногий вид. За костыли, без которых я не могу ступить и шагу. За то, что впервые за последние шесть лет мне понравился мужчина, а я не представляю, как сделать так, чтобы понравиться ему!
- А как же врождённое женское кокетство? – я разлил ещё водки по нашим стаканам. Тоня медленно выпила свою порцию, снова не закусывая, и тонкие слезинки беззвучно потекли по её щекам. – Как же с флиртом, с обольщением? Разве природа это всё отменила?
- Всё осталось там, на минном поле. Вместе с правой ногой и половиной левой ступни. Что-то сломалось от боли. Боль почти прошла, а надлом остался.

Тоня начала заметно пьянеть. Потом она, на минуту вернув себе трезвый взгляд, очень громко и отчётливо произнесла:

- Веня, отнеси меня в спальню. Сама я не дойду. Раздень меня и делай всё, что хочешь. Ты очень хороший, самый хороший…

Глава 6.

Не люблю пьяных женщин. И секса с ними тоже. Тоня уснула прежде, чем я её раздел и уложил под одеяло. Она во сне ворочалась, тихо стонала, судорожно дёргала остатком ноги. Правая нога была ампутирована очень высоко, на половинке попы и внизу живота остались многочисленные осколочные рубцы и шрамы. Бедная девочка, так настрадалась!
Я допил свой стакан, потом добавил ещё немного. По моим массогабаритным параметрам, эта доза была ничтожна. Помыл посуду, слил из кофейника остатки кофе себе в бокал. Добавил коньяку и, прихлёбывая напиток, стал обозревать собственный, многократно исследованный двор. Пользоваться беспомощным состоянием своей гостьи было противно для моего сознания. Пусть проспится. Потом будет видно.
Тоня очнулась через четыре часа. Нашла около койки домашний халат и костыли, в таком виде и нарисовалась на кухне. Села на стул, поправила волосы…

- Прости, я вела себя, как дура. Как полная дура. Идиотка! Что ты обо мне теперь подумаешь?
- Ничего. Ну, немного расслабилась. Всё хорошо?
- Ты благородный рыцарь, не воспользовался моей «отключкой». Спасибо.
- Можешь отразить этот факт в своём отчёте руководству! – я не удержался от подначки. – Может, мне повысят статус доверия?
- А ты что напишешь?
- Ничего. Благородному делу доносительства не обучен. Пусть стукачами работают другие. Так сказать, по зову сердца.
- Послушай меня, Веня. Если тебе кто-нибудь когда-нибудь скажет, что я на тебя написала донос, - не верь этому человеку. Ни за что не верь! А если поверишь, то лучше убей меня. Сразу убей. Или я сама это сделаю. Твоего презрения я не выдержу. Ты много значишь для меня. Очень много!
- Звучит многозначительно. Ладно, подходит время ужина. Есть печень в сметане и овощной салат. На гарнир можно сварить макароны, или картошку. Что предпочитаешь?
- Ты хочешь, чтобы я осталась ночевать?
- Ну, я полагал, что этот вопрос не нуждается в обсуждении. Мы проделаем все наши эволюции, только теперь уже на трезвую голову и без нервов.
- Кстати, откуда у тебя женский халат?
- Друг привёз из Турции. Вообще, он привёз халат своей подруге, но ей то ли не подошёл по размеру, то ли не понравился. А потом они и вовсе разбежались. Друг после разрыва вещевую «зачистку» проводил, выбросить новые вещи не решился, продавать не захотел. Вот и подарил мне, типа, для будущей семейной жизни. В шкафу ещё пара аналогичных висят, только других расцветок.
- Понятно. - Тоня подвинула к холодильнику табурет, проинспектировала его содержимое. Потом то же самое проделала с овощным ящиком. От печени в сметане отказалась, быстро начистила картошки, поставила варить; разложила салат на тарелки. Ужин прошёл в молчании, за столом мы вели себя так, будто живём семьёй уже давным-давно.

Я помог Тоне принять душ, потом донёс её до кровати. Принял душ сам. Присел на краешек; Тоня зарылась в подушки и одеяла, потом тихо попросила:

- Веня, ты выпей, если хочешь. Мне не надо, а сам выпей. И свет погаси. Не хочу, чтобы ты видел мои шрамы.
- Я уже всё видел. Так что, можешь не беспокоиться. И вообще, я предоставляю тебе полную свободу действий. Хочу, чтобы ты меня сегодня ласкала. Вот тебе ещё одна проверка: покажи, что ты умеешь? И не для отчёта, а для меня лично. Товарищ старший прапорщик, извольте выполнять приказ старшего по званию!
- Ах ты, негодяй! – Тоня вылетела из подушек возмущённой пантерой. – Ну, товарищ подполковник, сейчас я вам покажу, на что способны старшие прапорщики войск связи! Вы хотели половой связи? Так получите же по полной!

Надо ли продолжать, что ночь прошла в обоюдном согласии и полном глубоком удовлетворении всех заинтересованных сторон. Во всяком случае, вспоминать о своей физической неполноценности у моей подруги уже не было никакой причины.

Глава 7.

Проснулись мы поздно. Близился полдень, когда взлохмаченная голова моей гостьи поднялась над горой смятых подушек. Не без труда, определив местоположение костылей и нащупав упавший со стула домашний халат, Тоня проковыляла в пространство кухни. Я поднялся немного раньше; кофе и апельсиновый сок уже были на столе. Кофе был горячим, а сок, соответственно, прохладным. Хлеб, масло, сыр, ветчина и прочие бутербродные ингредиенты также присутствовали. Тоня молча выпила соку, потом неловко приподнявшись на искалеченной ноге, минуя костыли, повисла у меня на шее:

- У меня лучший мужчина на всём свете! Самый лучший! Я тебя даже ревновать не буду, только оставайся со мной. Хотя бы изредка, хотя бы иногда! Понимаешь?
- Понимаю, девочка моя. Всё у нас будет хорошо.
- Веня, а тебе со мной понравилось? Только честно?
- Очень понравилось. А в следующий раз, чтобы ты не напрягалась по поводу своей одноногости и увечности, я тебе свяжу руки за спиной и заставлю трогать меня, ласкать своей замечательной пяточкой! Поняла?
- Так чего же мы ждём, командир? Неси свою израненную подругу, давай, немедленно реализуем этот вариант! Завтрак подождёт!

И снова под нами заколыхалась койка! Получилось даже лучше, чем раньше. Во всяком случае, от былого смущения у Тони не осталось и тени. Вот так, граждане хорошие, нужно повышать самооценку у неуверенных в себе женщин. Или я не прав?

******************
Тоня осталась у меня на вторую ночь. Мы договорились, что в понедельник с раннего утра заедем к ней, чтобы она могла переодеться, а потом продолжим наше путешествие до конторы.

- Послушай, а как ты сама добираешься от конторы до дома и назад?
- Очень просто. Если на улице холодно, или скользко, вызываю такси. Беру квитанцию. Потом фирма мне оплачивает расходы. А если погода хорошая и тепло, тогда иду пешком. Если ты внимательно изучишь карту города, то вычислишь тропинку, которая позволяет срезать маршрут, почти что напрямик, до конторы. На автомобиле там не проехать, да и на велосипеде тоже, а пешком за полчаса можно дойти. Иногда я так и делаю.
- Однако! Я начинаю сдавать позиции разведчика. Впрочем, это не мой район, а город велик, так что, мне простительно.
- Если захочешь, как-нибудь прогуляемся вместе. Покажу тебе закоулки нашего района. Вдруг пригодится?
- Лучше не надо. Не люблю форс-мажорных ситуаций. Сегодня я по плану проверку архива заканчиваю. Так что, давай, по рабочим местам. Я быстро отмечусь о прибытии и потом к тебе.
- В помещении архива есть прослушка от твоей СБ, это точно. И, вполне вероятно, установлена скрытая камера. Так что, мы себя ведём сугубо в качестве официальных лиц!
- Я догадался. Ладно, до встречи, госпожа архивариус!

Я отметился у шефа Службы, потом, прихватив инспекционные бумаги, направился на задание. Итоговый отчёт о проверке состояния дел в архиве получился коротким и, в целом, положительным, без замечаний и выявленных нарушений. Отчёт подписали шеф СБ, его заместитель, Тоня, её руководитель и я, как проводивший проверку. Папка с отчётом была прошнурована, пронумерована, опечатана, занесена в опись проводимых проверок, номер занесён в соответствующий журнал, а сама папка ушла в архив СБ, где, вероятнее всего, и была благополучно утеряна. За ненадобностью.
Мне, как человеку, владеющему навыками монтажа и настройки сигнальных и охранных систем, было поручено новое задание: проверка технического состояния охраны периметра нашей конторы. Без особой надобности в архив заходить было бы подозрительно, но мы договорились с Тоней созваниваться вечером после работы. А по субботам – встречи!
В своих тайных пристрастиях я решил не открываться. Тоня восприняла меня как человека, привыкшего к различным ситуациям. Что, в целом, вполне соответствовало действительности, без подробностей. Мы продолжали встречаться три месяца по субботам, с ночёвкой на воскресенье, и были вполне довольны друг другом. О делах на фирме мы не разговаривали, нам хватало других, не менее интересных тем. Но вдруг судьба определила новый поворот!..

Глава 8.

Долгожданный контракт на огромную сумму с военным представительством был наконец-то подписан! Генеральный директор лично поздравил с этой победой всех руководителей отделов, не забыв упомянуть об отличной работе Службы безопасности. На втором этаже офисного здания всех упомянутых руководителей угостили фуршетом с кофе. Мы ждали премии, как вдруг…
Тоня исчезла.
Она просто не пришла на работу.
Как обычно, ночь с субботы на воскресный день мы провели вместе, а в воскресенье после обеда, я отвёз её по месту постоянного проживания, в её захудалую комнатёнку. Я уже несколько раз предлагал ей переселиться ко мне, но она под благовидными предлогами отказывалась. Я не торопил барышню с принятием решения, терпеливо ожидая счастливой развязки. Но вот в понедельник она на работу не явилась. Без объяснения причин.
Мобильный телефон не отвечал. После обеда наш шеф СБ отправил меня и своего зама Василия к Тоне домой в адрес. Дверь оказалась закрытой. Я, вспомнив наработанные навыки по проникновению в жилые помещения, быстро вскрыл нехитрый замок, но и в комнате женщины не оказалось. Ни следов борьбы, ни признаков поспешного бегства, ничего подозрительного. Наоборот, создавалось ощущение, что в этой комнате очень давно никто не живёт…
Я вспомнил про секретную тропинку, срезавшую путь, от Тониной халупы до конторы, о чём поведал Василию. Тот понимающе хмыкнул и принял решение обследовать сей маршрут. Мы устремились по следу, но опять же, ничего не обнаружили. Признаться, у меня были предположения, что на одинокую барышню-инвалида могли напасть хулиганы в безлюдном месте, каким, собственно, искомая тропа и являлась. Но никаких следов, которые могли бы подтвердить это предположение, обнаружено не было. Тоня исчезла бесследно.
А через пару дней военное представительство объявило, что разрывает с нашей конторой тот самый суперденежный контракт, отзывает согласованную документацию и аннулирует все свои заявки. А причиной была указана массированная утечка конфиденциальной информации конкурентам. И не просто конкурентам, а в стан одного из наших потенциальных противников.
Генеральный директор был раздавлен. Начальник Службы безопасности чувствовал себя не лучше. Как такое могло быть? – Ответ нашёлся быстро.
Это сделала Тоня. Никто не мог заподозрить симпатичную женщину, военного инвалида, в шпионаже. Но всё произошло именно так. Мобильные телефоны, фотокамеры и прочие гаджеты положено было сдавать на проходной. Тоня поступала так же. Но Тонины костыли никто не проверял и не досматривал. Именно в пластиковых костылях Тоня проносила на территорию конторы миниатюрные фотографирующие устройства. За всё время работы в архиве она успела перекопировать все материалы, относящиеся к военному заказу. Понимать содержание копируемой документации ей не было необходимости. Этим занимались другие специалисты. А потом эта документация со всеми подробностями была обнаружена у конкурентов. У врагов.
Для конторы это был крах.
Для меня это тоже был удар. Нет, удар не от того, что я прозевал шпиона в собственной постели. Таких задач передо мной никто не ставил. Я потерял женщину. Любимую женщину.
Тоня несколько раз намекала мне, что может забеременеть, несмотря на давнее ранение в живот, и я ждал этого момента. Если бы такое произошло, незамедлительно последовало бы предложение пойти в ЗАГС со всеми положенными последствиями: автомобиль с ленточками и дурацкой куклой на капоте, свидетели, немногочисленные родственники и празднично ряженые друзья, ресторан, застолье, танцы (с мордобоем, или без) под оркестр…
Но, увы. Чему быть, того не миновать. А чему не Судьба, того себе не выпросишь. Тоня из моей жизни исчезла насовсем. Говорят, что очень похожую барышню, но уже без костылей и на хорошем протезе, видели в лимузине с одним весьма значительным лицом из людей, близких к правительственным кругам. А может, и нет. Если исключить из рассмотрения демонстративное отсутствие ноги и костыли, то по всем остальным внешним признакам Тоня выглядела как самая обыкновенная молодая женщина, без каких-либо особых примет. Каким и полагается быть разведчику.
Одного не могу до конца понять и простить: ей действительно нравилось со мной заниматься сексом, или это тоже было частью её «легенды»??

ФН
2019г.



User avatar

барак
Интересующийся
Posts: 96
Joined: 04 Sep 2017, 09:45
Reputation: 46
Sex: male
Has thanked: 86 times
Been thanked: 41 times
Israel

Re: Офис. Тоня.

Post: # 47427Post барак
25 Nov 2019, 02:20

Довольно-таки интересный и необычный рассказ. Прочёл дважды. Спасибо.



User avatar

bordoler
Дух форума
Posts: 3360
Joined: 11 Mar 2017, 10:57
Reputation: 622
Sex: male
Location: Москва
Ваш Знак зодиака: Овен
Has thanked: 93 times
Been thanked: 519 times
Gender:
Russia

Re: Офис. Тоня.

Post: # 47464Post bordoler
27 Nov 2019, 14:42

Зачёт! :good: :beer:



Post Reply

Who is online

Users browsing this forum: No registered users and 0 guests