Дачные приключения. Окончание.

В этом форуме выкладываем русскоязычные рассказы.
Forum rules
Общение только на русском языке!!!
Сообщения на других языках будут удаляться!!!
Post Reply
User avatar

Topic Author
Флав Найребис
Новичок
Posts: 46
Joined: 06 Oct 2019, 08:00
Reputation: 16
Sex: male
Location: Сибирь
Ваш Знак зодиака: Весы
Has thanked: 20 times
Been thanked: 30 times
Gender:
Russia

Дачные приключения. Окончание.

Post: # 47038Post Флав Найребис
09 Nov 2019, 06:49

Глава 7.

«Гоп-стоп, Зоя! Зачем давала стоя
В чулочках, что тебе я подарил?»
/Одесский блатной фольклор начала 20 века/

Сославшись на необходимость купить лекарства в аптеке (Марину продолжали изводить фантомные боли), моя подруга поставила перед своими родственниками желание визита в город. Как назло (или на счастье?) все её родные оказались очень заняты, а у единственного свободного брата забарахлил тот самый серебристый мини-вэн. Так что моё предложение отвезти в город бедняжку-инвалида, было воспринято с неким подобием благодарности. Что и было исполнено.
Марина была при всех протезах: анатомический протез левой ноги, косметический протез левой руки, функциональный протез правой руки. Последним из перечисленных женщина даже открыла дверь моего автомобиля, но пристегнуть ремень безопасности уже не получилось.

- Ненавижу эти пародии на нормальные конечности! – с отвращением прошипела она. – Я прекрасно могу обходиться без фальсификатов. Но вот слабонервную публику мой вид шокирует. Кстати, Веня, а почему тебя не шокирует моя нестандартная внешность, а? Или я что-то не заметила?
- Вот тебе и ответ на вопрос, почему я не женат. Продолжать, или сама догадаешься?
- Не может быть! – от внезапного озарения миловидное лицо женщины пошло красными пятнами, а глаза заблестели, как у испуганной кошки, фосфоресцирующим зелёным огнём! – Постой, но ведь ты же военный! Как же тебя не забраковали на медкомиссии?
- А это не заболевание, а всего лишь девиация. И, тем более, не повод для отбраковки. Это не шизофрения, не паранойя, не психопатия. Тем более, что все психологические тесты я всегда проходил без сучка и без задоринки! Ещё не придумали такой тест, чтобы выявлять яростных девоути. Вот такие пуделя!
- Фантастика! Я восемь лет, почти треть сознательной жизни искала человека, которого бы не бросало в дрожь от моих шрамов и культей. А ты – вот он, подкрался незаметно! Ну ты даёшь, Веня!
- Заедем в аптеку. Рецепты у тебя с собой?
- Не нужно. Ты же понимаешь, что аптека – это только предлог. Весь набор лекарств имеется у меня дома. Так что, едем сразу домой.

Стандартная пятиэтажная «хрущоба»: три комнаты, совмещённый санузел, крохотные коридор и кухня. Обстановка соответствовала: диван, кресла, пара ковров в каждой комнате, сервант с хрусталём, стол-книга, чешская люстра, прочее барахло. В дальней комнатке имелась также и встроенная кладовка.

- Свадебные принадлежности должны быть именно там, - Марина указала протезом правой руки в направлении оной. – Ищи большую белую коробку, не ошибёшься.

Так и вышло. В коробке оказалось абсолютно новое свадебное платье, замотанное в тюль, воздушная фата, пара белых перчаток до локтей, две упаковки белых кружевных чулок и великолепные туфли на высоких каблуках.

- Примерь! – я принялся раздевать мою даму, попутно освобождая её от протезов и облачая в свадебные наряды. – Ты прекрасна, любимая! Хочу иметь твою фотографию во всю стену!

Маринка действительно была роскошна. Вот только платье было ей до колена. «Не люблю длинных вещей, - пояснила она. – И никогда не любила». Очевидно, по этой по самой причине и не удалось платье продать. «Есть примета: свадебное платье короткое – такая же и супружеская жизнь будет!»
Зато в туфельке с высоким каблуком, в белом кружевном чулочке на единственной ножке, столь аппетитно выглядывающем из-под свадебного наряда, в кружевной, ослепительно белой перчатке, небрежно натянутой на правую культяпку, при фате и ослепительной улыбке Марина выглядела настоящей Императрицей Мира. Я достал из сумки фотоаппарат и сделал пару десятков снимков красивой женщины; Марина с удовольствием позировала.

- Возьми меня! – вдруг с жаром проговорила женщина. – Возьми вот так, прямо в свадебном платье, возьми сзади, крепко, страстно!

Я завалил развратницу лицом вниз на спинку вельветового кресла, подойдя к креслу сзади, задрал на ней воздушное платье до самого затылка. Чулок спускать не было необходимости, а из-за высокого каблука её влажная щелочка стала мне как раз вровень. Маринка отчаянно пританцовывала на единственной ноге, подкручивала попой, скребла от восторга культяпкой по обивке мебели и, раздвигая-сжимая половые губы, проталкивала мой шпиль в себя всё глубже и глубже (во всяком случае, мне так казалось!). Фата свалилась в сидушку кресла, золотистые кудряшки растрепались. Я кончил неоправданно быстро, но хозяйка положения была довольна:

- Я именно так мечтала провести первый вечер после свадьбы! Хочу, чтобы мой супруг взял меня сзади, грубо и ласково одновременно, именно так! Спасибо тебе, дорогой! А что ты собираешься сделать с фотографиями?
- Самую красивую я увеличу и повешу у себя в спальне, в золочёной рамке. А остальные помещу в электронный фотоальбом, на долгую память. А что?
- Знаешь, у меня к тебе есть просьба… Только не удивляйся. Пошли пару фотографий моему бывшему жениху… Его зовут Глеб. Адрес его электронной почты я назову. Хочу, чтобы у него гланды свело, когда увидит меня одноногую, безрукую, но счастливую, в свадебном наряде. Сделаешь?
- Конечно, сделаю, любимая! Всё, что пожелаешь!

Я не стал рассказывать о том, что именно таким и был мой коварный план по выманиванию Глеба из его убежища. Бывший любовник и несостоявшийся муж, косвенно, но всё же виновный в увечии своей невесты, обязательно должен был объявиться на её торжество. А Марина умеет подстраиваться под чужие планы? Или мысли читает? Личность этой непростой женщины порождала у меня всё больше вопросов.
Да будет так!
Мы немного продолжили фотосессию: на фоне ковра, у зеркала, в кресле, на фоне зашторенного окна… Потом Марина заявила, что устала позировать, и я свернул фотопринадлежности. Необходимый запас лекарств перекочевал из серванта в сумку. Мы снова возвращались на загородные дачные просторы. Посещение же моей городской квартиры решено было отложить на неопределённый срок.

Глава 8.

«В королевстве, где всем снились кошмары,
Где страдали от ужасных зверей,
Появилось Чудо-Юдо с гитарой
По прозванию разбойник Орфей.

Стра-ашно, аж жуть!»
(А. Дольский)

Свадебное платье и прочие причиндалы были возвращены в коробку, коробка снова обрела своё место в кладовке. Я облачил Марину в протезы и верхнюю одежду – красивый брючный костюм свободного покроя, приятного телесного цвета. Возврат к приемлемому внешнему облику женщина приняла с нескрываемым отвращением.

- Я же тебе нравлюсь такой, какая я есть на самом деле? Так?
- Всенепременно!
- Вот! Вот она, ошибка всех инвалидов, в особенности с видимыми внешними повреждениями тела, в том числе – без конечностей! Им хочется выглядеть такими же, как все! Правильно же, ведь люди таращатся на инвалидов, словно это какие-то редкие виды животных. А сами не хотят быть похожими друг на друга. Не хотят! Все нормальные (Марина сделала акцент на слове «нормальные») люди стремятся именно выделиться из общей толпы: кто-то красит волосы в цвета радуги, кто-то пытается экспериментировать с одеждой, кто-то пытается выработать манеру своего оригинального поведения, изучает иностранные языки, или что-то ещё… Гаджеты всякие модные приобретают, фенечки и прочие прибамбасы. Никто не хочет быть заурядным, все хотят собственной, неповторимой индивидуальности. А инвалиды наоборот, хотят прикинуться такими же, как все! Чтобы, видите ли, не травмировать психику окружающих. Вот же глупость! Как будто психологический шок не может вызвать выкрашенная в зелёный цвет полубритая голова, сидящая на вполне нормальном теле! Или кривые волосатые ноги на каблуках в двадцать сантиметров!
- Ты что же, принципиально против протезов?
- Нет, конечно. Вопрос в другом: насколько протезы возвращают утраченные способности? Если протез не функционален, зачем его надевать? Просто так, для маскировки? Мимикрия под «нормальность»?
- Есть хорошие бионические протезы…
- Да, есть. Но они стоят, как самолёт, подбираются сугубо индивидуально, потому большинству людей просто недоступны. К тому же, даже они не возвращают стопроцентного функционала и, конечно же, как любой, технически сложный прибор, потенциально ненадёжны!
- Ну, не надо так категорично…
- Надо! Я не хочу таскать на себе эти ненужные предметы только для того, чтобы на меня не смотрели, как на чудо морское. А полностью они меня всё равно не реабилитируют. Зачем же притворяться не такой, какая я есть на самом деле? Лучше всё равно от этой маскировки не стану. Прекрасно могу обойтись без них. Ты же не можешь летать?
- Могу. С крыши, или со скалы. Но, вероятнее всего, только вниз и только один раз.
- А если тебе привязать фанерные крылья?
- Полёт будет несколько дальше и немного дольше. Но с аналогичным результатом.
- Вот и мне протезы – это фанерные крылья, которые нужно таскать, но помощь от них мизерная. Скажи, я права?

Золотистые кудряшки растрепались окончательно, исторгая снопы негодующих медно-красных искр. Из глаз, возмущая пространство салона автомобиля, летели восхитительные зелёные молнии. Милая женщина была в гневе, почти в бешенстве. Да, такие экспансивные барышни очень нравятся определённому типу мужчин. Очень нравятся! Фурия! Огонь! Блеск!

- Ладно, не кипятись. Куда едем?
- Обратно, на дачу.
- Ко мне, или к тебе?
- С тобой мы сегодня «обязательную программу» уже выполнили, так что, отдохни пока. Завезёшь меня на мой огород, тем более, что меня там сестра ждёт. И лекарства не забудь мне с собой дать, а то «легенда» не сработает. Положи в карман.
- Прямо-таки, шпионка какая-то! «Легенда», маскировка, конспирация. Но мне с тобой вполне комфортно.
- Мне с тобой тоже. Только продолжения на дальнюю перспективу у нас не будет.
- Почему?
- Я так решила. Я не люблю тебя. Не обижайся: не люблю. Ты годишься в хорошие друзья, ты хороший любовник. Но не более того. С тобой я могу быть самой собой и не изображать из себя ни сильную личность, ни убогую беспомощную калеку. С тобой я могу все вещи называть своими подлинными именами без опасения быть неверно понятой. Ты не задаёшь лишних вопросов, принимаешь всё в натуральном виде, как есть, без приукрашивания и без оханья-аханья над моей ущербностью. Не пытаешься сделать меня другой, не произносишь фальшивых утешительных фраз…
- Ты в них не нуждаешься.
- Вот именно. Поэтому мне с тобой очень хорошо. Но кончится дачный сезон и… В общем, пообещай мне, что не будешь меня разыскивать и напрашиваться на встречу. Договорились?
- Я учту твои пожелания. А где тебя найти, я и так знаю. Тоже мне, бином Ньютона! Тебе никакая маскировка не поможет.
- Ты вредный и наглый тип! Упрямый и несговорчивый!
- Я тупой вояка, меня несколько раз роняли на землю и ударяли головой об тяжёлые твёрдые предметы. Так что, как контуженному и больному на голову, мне можно всё!
- Так я тебе и поверила! У тебя вполне здравые рассуждения. И неплохое образование-воспитание тоже чувствуется.
- Это я умело прикидываюсь. Впрочем, мы приехали.

Верная «Тойота» остановилась около знакомого забора. Калитка была уже открыта, внутри загородки мою спутницу уже ждали. Пошевелив протезом правой руки, Марина отстегнула ремень безопасности, открыла дверцу автомобиля.

- Будь здоров, Вен! До понедельника меня не жди: сестра ночует в доме. А потом посмотрим. Думаю, что наша встреча не последняя. И не выпей всё дядюшкино вино!
- Угу. До встречи, моя королева. Гишпанское эксклюзивное «Эль ранеткус» приберегу, не растрачу.
- Ты очень хороший! Ну, пока!

Женщина, чуть прихрамывая, проскользнула в калитку, скрылась за глухим забором. Мне осталось только испытать некоторое разочарование и неподдельное удивление от услышанного. Перспектива развития отношений тоже не радовала. Я рассчитывал несколько на иное… И ещё, ощущение состояния «дежавю» не покидало меня все эти дни, с самой первой встречи. Впрочем, будет день – будет пища!
Я загнал авто в пределы дачного участка своих родственников. И занялся привычными делами: набрал из поливочного шланга воды во все ёмкости, прибрался в кухне и на участке; перманентная борьба с сухостоем и мёртвой травой на вверенных сотках продолжалась. Нужно было ещё немного подлатать крышу на бане и поправить крыльцо. Раз уж я тут живу и пользуюсь благостным расположением родни, придётся отрабатывать предоставленный кров. Марина не выходила у меня из головы, чувствовалось, что она что-то задумала. Во всяком случае, её пламенная речь имела какой-то смысл. И этот смысл предназначался именно мне. Женщина не делает ничего просто так, не тот типаж. С одной стороны – совершенная открытость. С другой – обрубание дальних перспектив в наших отношениях. Заранее предупредила, жёстко, бескомпромиссно. Решила действовать «от противного»? Ладно, разберёмся.
Зазвонил мобильник. Родственники в лице мужа сестры интересовались, не одичал ли я окончательно вдали от цивилизации. Как мог, я успокоил страдальца за добровольное отшельничество. И, как бы невзначай, попросил не приезжать внезапно, без предупреждения. Перспектива того, что нас с Мариной могут застать за известными занятиями, совершенно не вдохновляла. Впрочем, мою пассию такая возможность тоже не прельщала. Конспирация прежде всего!
Ближе к вечеру того же дня я просмотрел сделанные фотографии, выбрал несколько, по моему суждению, наиболее эффектные. Немного «отфотошопил» их и с анонимного адреса выслал на электронную почту Глеба. Поскольку все действия велись с согласия (и даже по просьбе) упомянутой «фотомодели», угрызений совести я не чувствовал. Если я рассчитал верно, Глеб, каким бы он ни был негодяем, должен клюнуть на них. Поскольку, по словам самой Марины, ни её адреса электронной почты, ни номера мобильника бывший жених не знал, и знать не мог, вероятнее всего, он захочет вернуться и всё разузнать лично. Ну, а я уже в приватном разговоре вытрясу из него всё! Чего-чего, а это делать я умею. Иногда после таких откровений люди оставались даже с целыми зубами…

Глава 9

«Но недолго чубчик и кудряшки
Целовались с ночи до утра:
Подвела дыра моя в кармашке,
Подвела карманная дыра!»

(Вилли Токарев, «Чубчик»)

Богатые очень беспокоятся за собственную безопасность. Потому они и создали такие «оазисы благополучия» для собственного проживания. Практически закрытая для доступа посторонних зона, полностью автономная, со всеми благами цивилизации и охраной от внешних воздействий, не хватало только бронекупола сверху. Тем более, что охраной «солнцеликих» наверняка занимались мои бывшие коллеги, или специалисты, им равноценные. В общем, связываться с ними в рукопашной схватке совсем не улыбалось, тем более, что мои оппоненты были при исполнении служебных обязанностей, потому могли применять спецсредства (в ограниченном объёме!), а я – лицо гражданское, частное, мне круче палки иметь ничего не положено. Так что, вариант проникновения и извлечения клиента наружу за жабры я исключил полностью. Но дом, точнее, особняк, в котором оный клиент имел место быть, мною был вычислен (не спрашивайте, каким образом!) и поставлен под наблюдение. Ведь до понедельника я был совершенно свободен!
Вести любые дела, будь то доставка пиццы, или развитой бизнес, можно из дома, прямо по интернет-связи. Судя по всему, Глеб так и делал. Во всяком случае, из дома он не выходил. Но за окнами периодически отмечалось движение. Был ли внутри кто-то ещё, сказать было трудно. Но, по крайней мере, освещение в двух, или нескольких комнатах, не включалось, или не выключалось одновременно, а только через паузу в несколько секунд. Так что, вероятнее всего, клиент был в одиночестве. Приходящих и выходящих из дома, в том числе и особей женского пола, не наблюдалось (у меня хороший бинокль с инфракрасным обзором). В общем, оставалось терпеливо ждать. А ждать я умею.
Ждать пришлось недолго. Через двадцать шесть часов и тридцать пять минут с момента, когда по «электронке» я отправил фотографии Марины, на объекте была замечена суета. Хаотично включились и выключились несколько осветительных приборов, потом хлопнула входная дверь (портативный микрофон направленного действия у меня тоже имеется), снова хлопнула, закрываясь. Звякнул мой переносной «лаптоп», оповещая, что на почту пришло сообщение. И я сразу же догадался, от кого именно. И не ошибся.
В оч-чень вежливой (!!) форме Глеб просил подробностей фотосессии с Мариной (я зарегистрировался под ником «Фотограф»). «Подробностей не будет», - сухо ответствовал я экс-жениху. На следующую просьбу, назвать адрес женщины, клиент также получил короткий и категоричный отказ, после чего мой электронный адрес был удалён. События развивались стремительно, на такой удачный расклад не приходилось рассчитывать.
Снова хлопнула дверь особняка, всклокоченный Глеб орал в трубку мобильника:

- Да, такси! Да, быстрее! Адрес, - он назвал координаты, куда требовалось подать автомобиль, - да, встречу! Быстрее, жду!

Следующим был звонок в охрану «оазиса»:

- …Придёт такси. Пусть ждёт у ворот, я сейчас буду. Да, это я заказывал! Никакой ошибки нет. Да, да, такси! Всё, через двадцать минут, да! Да, мне нужно!

То ли ни мотоцикла, ни автомобиля у Глеба не было, то ли он боялся водить после того несчастного случая… А ведь Марина рассказывала, что он был фанатом мотоциклетной езды! Неужели, опять обманула? Или человек настолько изменился? Впрочем, этот вопрос меня волновал мало. Я упаковался в «Тойоту» и из засады стал поджидать такси.
Заказанная машина пришла через полчаса, когда Глеб уже истоптал площадку перед воротами КПП на пятнадцать раз. В такси объект наблюдения ворвался, едва ли ни бегом, сразу тронулись. Мне ничего не оставалось, как проследовать за ними, оставаясь на приличном расстоянии. Маршрут следования был почти известен.
Снова не ошибся: таксомотор остановился у того самого дома, того самого подъезда, в котором мы с Мариной были чуть более суток назад.
И здесь Глеб допустил оплошность, которой я немедленно воспользовался: он отпустил такси! А в квартире, естественно, никого не оказалось. Обескураженный, незадачливый ревнивец вылетел из подъезда, но заказная «тачка» уже ушла. Ждать у него, похоже, не было мочи.

- Командир, подбрось за город! – эта фраза с нотками отчаяния была обращена ко мне. – Денег дам, не обижу!

Я меланхолично протирал тряпкой лобовое стекло и фары. На предложение клиента отреагировал с хорошо тренированной ленью:

- В планах не значилось. Да и вечер на дворе… Поздновато!
- Вот! – Глеб судорожно порылся в кошельке и протянул смятый комок денежных знаков. Сумма была немалая. – Отвези, командир!
- Добро! – с видом бывалого «шакала» я скоробчил деньги в нагрудный карман. – Адрес?
- Дачи за городом, общество «Волна». Я покажу на месте.
- Добро! Погнали!

Пробки – это бич больших городов. Нас не минула чашка сия. И миска сия. В совокупности с ложкой и тарелкой. Через пять минут «Тойота» оказалась скована табуном таких же рычащих на все голоса «железных коней», продвигающихся со скоростью умирающей черепахи.
Клиент был возбуждён сверх меры. Пары-другой наводящих невинных (но хорошо продуманных) вопросов было достаточно, чтобы его разговорить. И, начав монолог, говорил уже без умолку:

- …Да, невеста моя бывшая, понимаешь? Невеста!! Замуж выходит, замуж! В том же самом платье, что мы к своей свадьбе готовили восемь лет назад! Фотографии её фотограф прислал. А дома её нет. Соседка сказала, что на даче живёт, там, где мы гужевались десять лет назад! И мне ничего не сказала, ничего, понимаешь! А я всё помню, как будто вчера всё было!
- А чего расстались-то? – лениво вставил я свои пять копеек в этот фонтан пламенного красноречия. – Неужто платье не понравилось?
- Да авария у нас случилась, на мотоцикле грохнулись. Ну, она и покалечилась… немного (Ничего себе, «немного»! – подумалось мне.) Ну и мои родаки встряли, что свадьбы не будет. Не будет, и точка! На таких (Глеб сделал акцент на слове «таких») не женятся. Меня насильно за границу отправили на полгода, командир, понимаешь? А я, когда вернулся, узнал, что она меня предателем считает, подлецом, и не хочет видеть. А я не такой… Мне вообще вначале сообщили, что она умерла. Я уже потом узнал, что это неправда. И получил от ворот поворот, категорически…
- А сейчас-то что? Родители узнают, что скажут?
- Уже ничего не скажут. Нету их больше. Уже три года, как нету. Сам я себе хозяин.
- Ясно-понятно. – Пробка тащилась всё также, не спеша, так что времени на разговор было предостаточно. – Денег-то хватит, чтобы невесту отбить? Бабёнки, они такие, без тугого «пресса» и не вспомнит, кто ты есть.
- Хватит! – с готовностью заверещал пассажир. – Мне родаки бизнес оставили, бабла хватит. Главное – не опоздать. Время, понимаешь, время!!! Я же свою почту уже года два не проверял. И пароль уже почти забыл. А тут словно в башку кольнуло. Взял, проверил «электронку» и чуть со стула не упал!!! Её фотографии, понимаешь, земляк, её фото! В фате, в свадебном наряде, в НАШЕМ свадебном наряде! Да что же это за наказание, городские пробки!!!

«А ведь Глеб младше Марины, - подумалось мне. – Если они познакомились десять лет назад… Марине сейчас тридцать пять, или тридцать шесть. Тогда было, следовательно, двадцать пять. А ему сейчас около тридцати, не больше. Тогда было едва ли двадцать. Молодец, барышня! Лихо окрутила паренька, до сих пор от неё тащится.

- А что за авария-то была? – я включил «дурака» на полную мощность. – На мотоцикле, говоришь?
- А, ерунда… - Глеб притих. – Как пишут в ГАИшных протоколах: «Не справились с управлением».
- Почему во множественном числе? Вы что, за рулём вдвоём сидели?
- Ну, почти… В общем, я сидел спереди. А Маришка (Глеб впервые назвал свою экс-невесту по имени) сзади. И вдруг ей вздумалось на скорости сесть впереди меня. Ну и стала через меня перелазить…
- На ходу, что ли? Лихо!
- Ага. Почти перелезла. В своём плаще запуталась, на руль упала. Байк дёрнулся, вильнул. А она ещё крепче в руль вцепилась, иначе упала бы. А мы как раз вдоль железной дороги ехали. И скорость приличная была…
- А чего же не остановился?
- Да быстро всё произошло. А если бы затормозил резко, кувыркнулись бы через голову, через переднее колесо. И свернуть было некуда, справа насыпь, слева канава. В общем, «Ямаха» под поезд залетела, и моя невеста туда же. А меня в противоположную сторону отбросило, в кусты. Только поцарапался. А Маришка повредилась сильно.

Пассажир натужно зарыдал. Выглядел он весьма непрезентабельно: немытые волосы, трёхдневная небритость, несвежая рубашка, мятые брюки с пятнами неизвестной этимологии, дрянные сандалеты на босу ногу… Жених явно не соответствовал заявленной задаче. Да уж, будь я на месте потенциальной невесты, я бы сначала послал жениха-вахлака в баню и сменить гардероб. Но моего мнения никто не спрашивает. И вообще, меня здесь нет, в плане знакомства с Мариной, я – мифический «фотограф» и не более того.
Мы почти выбрались из пробки. Теперь нужно было подъехать к искомому дому так, чтобы не быть замеченным вдвоём с экс-женихом. Но и тут повезло. Едва заметив знакомые окрестности, Глеб завизжал от радости и запрыгал на сидении:

- Вот наша дача, мы потом её продали. А на следующей улице Маринка квартирует! Всё, всё! Тормози, братан! Дальше я сам. Мне себя в порядок нужно привести, отдышаться немного. Волнуюсь, понимаешь? Всё, давай! Вот, ещё денежку возьми! Бывай, пока!
Мне удалось не засветиться. Шатаясь от волнения и от ожидания предстоящей встречи, Глеб нетвёрдой поступью заковылял по направлению к вожделенному дому. А я предусмотрительно ретировался, переваривая услышанное. Каким же надо быть кретином, чтобы позволить так вертеть собой! Да и Марина тоже хороша: додуматься, заниматься вольтижировкой на мотоцикле, да на скорости! «Ямаха» - аппарат тяжёлый, мощный, скоростной, мало не покажется. В общем, вопрос с аварией прояснился, практически полностью. Почему-то я был склонен верить Глебу, какой смысл ему врать незнакомому человеку? У Марины такой смысл был, дабы выставить себя жертвой, а у него – нет. Эх, ты, мотоциклетный «рыцарь», не жалеющий коня своего ради прекрасной дамы! Тряпка. Размазня. Дурачок…
Я аккуратно подрулил к своему участку с другой стороны и оставил автомобиль, закатив его под заросли ирги. Сверху набросил припасённый чехол цвета хаки. Теперь, если специально не искать, идентифицировать принадлежность железного коня будет весьма затруднительно. А сам перемахнул через штакетник, пробрался в дачный домик, наверх, на обжитой чердак и принялся обозревать Маринкин двор в перископ, надеясь увидеть и услышать много интересного!

Глава 10

«А кто с четвёртым придёт,
Да его он возьмёт,
Тут же сам от него и подохнет!..»
(песня «Три аккорда»)

- …А ты уверен, что Марина хочет тебя видеть?
- Я! Я хочу её видеть! Поговорить хочу! Позови!
- А ты уверен, что Марина захочет с тобой разговаривать? Нарисовался через восемь лет, и «дай мне Марину»! Вали, откуда пришёл, убийца!
- Уверен! Позови!
- Хрен тебе, сволочь! Проваливай!

Разговор с родственницей Марины шёл на повышенных тонах, плавно переходя в оскорбительно-мордобойную стадию. Металлический забор дребезжал от исторгаемых децибел так, что напряжённый диалог слышно было и без микрофона. И вдруг всё оборвалось: Марина вышла из дома.

- Здравствуй, Глеб! Александра, оставь нас одних. – Это сестре. – Не волнуйся, всё в порядке.

Пауза. Сестра ретировалась. Глеб молчал. Пауза затягивалась. Потом экс-жених упал на колени и что-то невнятно забормотал…
Хлопнула дверь. Александра демонстративно покинула место разборок, уверенным шагом направилась в сторону железнодорожной станции, что-то фыркнув на прощание. Из-за забора доносились всхлипы и тихие стоны, словно некто пытался принародно утопиться в луже с водой, но глубина ёмкости не позволяла этого сделать одномоментно. И наконец, послышался тихий, но категоричный призыв:

- Ладно, вставай уже! Пошли в дом!

Похоже, Марина амнистировала падшего ангела. Тот ещё что-то мычал нечленораздельное, но его участь уже была решена: прощение даровано. Фигурка женщины на мгновение мелькнула в створе незатворенной калитки; она была одета точно так, как при нашей первой встрече: серая футболка-балахон и стоптанный мокасин без шнурков. Ни протеза, ни костыля при ней не было. Мелькнули спина и каблуки Глеба, выпрямляющегося с колен, потом калитка в заборе затворилась. Хлопнувшая дверь белокаменного особняка скрыла от меня продолжение сей трогательной сцены…
Александра не вернулась. Глеб из дома не вышел, остался ночевать.. Вот так. А меня, между прочим, в этот дом не пригласили ни разу. Выводы пришлось сделать неутешительные.
Глеб ушёл на следующий день, около полудня. Точнее, уходить он начал без четверти полдень, но ещё полчаса стоял у забора, не в силах оторваться от предмета своего обожания. Марина разговаривала с ним изнутри через глухую дверь в заборе, очевидно, прогоняя бывшего жениха, но делала это не слишком интенсивно. А ещё через час она нарисовалась в моих палестинах.

- Привет Флав. Угостишь вином?
- Конечно, проходи. У тебя были гости?
- Один гость. Уже ушёл.

На Марине было лёгкое дачное платье с расцветкой в ромашку и всё тот же мокасин. В качестве средства передвижения – уже знакомый костыль. Мы расположились на нижнем этаже в комнатке, которая условно называлась кухней. Выпив подряд три рюмки вина и отказавшись от закуски, гостья задумчиво произнесла:

- Свадебное платье сработало. Ты мне здорово помог, Флав.
- Чем же именно?
- Ну, во-первых, ты снова разбудил во мне женщину…
- Она в тебе спала?
- Не перебивай. Во-вторых, вернул мне веру в мужчин. После предательства Глеба я перестала общаться с мужиками. А теперь я знаю, что никакого предательства не было. Он полгода лечился в заграничных клиниках. А потом… Ему сказали, что я умерла. Александра сообщила ему по электронной почте. Он поверил. Поэтому и не показывался.
- Продолжай. У тебя был Глеб? – я прикинулся «шлангом», но Марина пропустила реплику мимо ушей.
- А в-третьих, я снова невеста. Свадебное платье сыграло свою роль. Ты всё сделал на отлично.
- Значит, наше знакомство окончено?
- Я предупреждала тебя, чтобы губы не раскатывал. Постарайся не напоминать о себе, особенно в присутствии Глеба. Он очень ревнивый и ранимый, дурачок.
- Чем же я хуже? Возрастом постарше, но это не препятствие.
- Всё просто, господин отставной вояка. Глеб богат. У тебя, в лучшем случае, квартира, автомобиль и военная пенсия. А у него – несколько десятков миллионов. И не рублей, а евро. Плюс загородный особняк. Плюс возможность дать мне жить именно так, как я всегда мечтала. Вопросы есть?
- Ты циник, Марина. Холодный и расчётливый циник. Кстати, моей квартиры ты не видела.
- И не хочу видеть. А циник… Это не самое плохое качество. За последние годы романтики во мне поубавилось. Зато теперь мне воздастся сторицей.
- Ты использовала меня?
- От тебя не убыло. В конце концов, ты тоже не в пролёте. Тебе понравилось заниматься со мной сексом?
- Я рассчитывал на более продолжительные отношения.
- Глеб занят своим бизнесом, он не может бросить фирму. Я дала ему время подумать. Он обещал за месяц решить некоторые неотложные дела, а потом заберёт меня к себе. Ещё месяц общения тебя устроит?
- Разумеется, с соблюдением строгой конспирации?
- Конечно, дорогой! – Марина лучезарно улыбнулась и тряхнула головой. Обворожительные кудряшки запрыгали и пустили снопы весёлых искр. – Ты ведь никому об этом не расскажешь?
- Да, любимая! Я всего лишь сосед по даче и податель раритетной мясорубки!

Женщина выпила ещё рюмку вина, грациозно держа её пальчиками ноги. А потом по дорожке между дачами продефилировала Александра. Мы быстро распрощались, сообразив, что этой ночью будем спать в разных кроватях.

Глава 11

«…А я в бреду беседовал тайком
С тем пареньком, который не стрелял».

/В.С. Высоцкий, «Тот, который не стрелял»/

Всё заканчивается. А приятное заканчивается быстро.
Через месяц подошли к концу запасы дядюшкиного домашнего вина. Глеб звонил Марине каждый день, при некоторых звонках мне пришлось присутствовать. Женщина держалась с ним прохладно, каждый раз напоминая, что у него есть время подумать перед тем, как принять окончательное решение. Причём делала это таким тоном, что только распаляло мужское желание. Один раз Глеб задал вопрос, кто же сделал те самые фотографии в свадебном платье. Марина ответила, что это не его дело. А сделаны они были потому, что она решила покончить с собой (врала очень убедительно!) и примеривалась, как будет выглядеть в гробу в таком наряде. Жених от такого «откровения» впал в состояние, близкое к истерике и возомнил, что он и есть роковой спаситель своей возлюбленной от столь фатального решения! Переубеждать его, разумеется, никто не стал. Дурачок…
Мы с прекрасной развратницей опробовали несколько новых и необычных поз. В частности, моя пассия решила побыть в койке не только безрукой, но и совсем безногой. Пришлось примотать бинтом её восхитительную ножку, изобразив культю до колена. Несколько раз мы отрабатывали «программу», стоя на лестнице, сзади и спереди. В общем, экстремальных ситуаций нам хватало. Мы не сдерживали полётов фантазии. Единственным условием, которого мы обоюдно придерживались, было: не навредить друг другу. А в остальном, было разрешено всё!
Глеб честно выдержал обещание не появляться ровно один месяц и закончить дела, мешающие грядущей свадьбе, с последующим путешествием в экзотические края. Но и Маринка припасла для меня сюрприз.

- Послушай, Веня, мне не хочется тебя отпускать в одиночное плавание. Тебе нужен боцман, чтобы вовремя натягивал парус на твоей «мачте»!
- Так-так, интересное начало! И кто же это будет?
- Это будет одна моя хорошая знакомая. Она одинокая, ей тридцать шесть лет, также, как и мне. Мы познакомились, когда лежали в «протезке». У неё сходная судьба, только её жених погиб. Я с ней уже беседовала. Она не против знакомства с тобой.
- Э… А как ты меня представила?
- В самых превосходных выражениях!
- Ты не перегнула палку?
- Ни в коем случае! Хочешь посмотреть фотку?
- Покажи.
- Возьми мой телефон, там найдёшь.
- Здесь только личико. И волосы спрятаны. А всё остальное?
- А что тебя интересует? – Маринка кокетливо тряхнула кудряшками и прищурила кошачьи глаза. – Я тебя в плохие руки не отдам!
- Значит, руки у неё есть?
- Ну… Левая рука точно, есть. И правая нога тоже. А вот левая нога ампутирована ещё короче, чем моя.
- У тебя даже попа задета. Куда уже короче?
- А у неё ампутация по самый пах, половинки попы вовсе нет. Поэтому она протезом пользоваться не может. Вернее, может, но испытывает крайние неудобства. И в сексе стесняется, считает, что для полноценного секса нужны обе ноги. Или хотя бы бёдра…
- Этот миф легко развеять!
- Да, мой дорогой! В этом ты совершеннейший профессионал!
- Что ещё можешь про неё сказать? Как зовут? Блондинка, брюнетка? Худенькая, или полненькая?
- Да, в общем, всё. Зовут Анастасия. Брюнетка…
- Не люблю брюнеток.
- Она крашеная брюнетка. Можно перекрасить. За фигурой следит, не полнеет. Правая рука ампутирована аккуратно, она специально на реампутацию ложилась, чтобы культя была упругая, не рваная и не свисала сморщенной картофелиной. Девочка, что надо. Будешь знакомиться?
- А ты будешь ревновать?
- Я, вообще-то, замуж выхожу. Но… немножко буду!
- Договорились! Когда рандеву?
- Послезавтра, у меня на квартире. Ну, ты же помнишь. Она поможет мне к свадьбе готовиться. А тебя я назначаю моим свадебным генералом!
- Нет, я категорически против. – Свидание с Глебом в мои планы не входило. – Тем более, что до генерала я пару званий не дотянул.
- Тогда заберёшь её и делай с ней всё, что захочешь. Она вполне понятливая и без закидонов.
- Не вопрос!

И новое знакомство в означенный день состоялось, просто замечательно. Но это уже другая история.
Совсем другая…

ФН



Post Reply
  • Similar Topics
    Replies
    Views
    Last post

Who is online

Users browsing this forum: Google Adsense [Bot] and 2 guests