Дачные приключения. Записки дембеля.

В этом форуме выкладываем русскоязычные рассказы.
Forum rules
Общение только на русском языке!!!
Сообщения на других языках будут удаляться!!!
Post Reply
User avatar

Topic Author
Флав Найребис
Новичок
Posts: 46
Joined: 06 Oct 2019, 08:00
Reputation: 16
Sex: male
Location: Сибирь
Ваш Знак зодиака: Весы
Has thanked: 20 times
Been thanked: 30 times
Gender:
Russia

Дачные приключения. Записки дембеля.

Post: # 47031Post Флав Найребис
08 Nov 2019, 15:50

Флав Найребис.

Дачная история. Марина.

Глава 1.

«Дембель неизбежен, как победа коммунизма!»
(Армейская шутка времён СССР)

Выход в отставку, на пенсию состоялся весьма буднично.
Провожал меня заместитель командира по тыловому обеспечению, «зампотыл», среди бойцов носящий прозвище «Мрачный Петрович», а попросту – Мраченко Витольд Петрович. Старый и опытный служака, которого самого не могли вытолкнуть на заслуженный отдых уже не первую пятилетку.
Зампотыл напряжённо грыз свой эбонитовый просмолённый мундштук, в который раз примериваясь к пожеланию супруги бросить курить. А потому был немного не в себе, нервно перебирал стопку бумаг, оставляя в них какие-то пометки, и раскладывая их после в разные кучки.

- Командир наш в Москве, в генеральском госпитале, - натужно пояснил он мне значение своей нелёгкой миссии. – Замполит на переподготовке (по традиции, заместителей командиров по работе с личным составом называли, как и тридцать лет назад, замполитами), начальник штаба и зам-по-боевой – сам знаешь где… Или не знаешь?
- Не знаю. Потому, как последние полтора месяца в госпитале лежал. Последнее финальное обследование перед увольнением.
- Правильно, надо же знать, сколько ты здоровья на службе Родине оставил. А то ещё прикинешься смертельно больным и гроб себе попросишь за казённый счёт. Глазетовый, с кистями!

Зампотыл незлобно хмыкнул и добавил:

- Значит тебе, без пяти минут гражданскому человеку, военные секреты знать не положено. Вечером включишь телевизор и всё узнаешь. Сразу поймёшь, где сейчас твои бойцы и что делают.
- Кто у них сейчас полевым командиром?
- Старлей, новый... – Петрович назвал фамилию. - Надеюсь, ты его хорошо натаскал?
- Не подведёт. Уверен.
- Ладно… Так, распишись вот здесь и вот здесь… - Петрович протянул мне небольшую кучку бумаг. – Ага, и ещё вот здесь.

Мне ничего не оставалось, как начертать свой фирменный «крестик» в документах и ведомостях. Петрович со значением протянул мне две медали с наградными листами: «За отличие в военной службе» и «За разминирование».

- Поздравляю с наградами! – получилось мрачновато и немного непразднично. Но вполне в тему.
- Служу России! – негромко ответствовал я. – Ладно, медаль «За стоптанные сапоги» - это понятно. А «За разминирование» - это-то за что?
- Ты же специалист по минному делу?
- Так точно. Имею допуск к проведению минно-взрывных работ.
- В уничтожении изъятых боеприпасов участвовал?
- Один раз было. – Я хотел обозначить место и год проведения операции, но Мраченко жестом остановил меня.
- Значит, одного раза хватило. – Зампотыл переложил обгрызенный мундштук в другой угол рта и мечтательно закатил глаза, видимо, вспоминая свои былые подвиги. Изрядно потёртые погоны полковника и три ряда наградных планок красноречиво свидетельствовали о том, что в жизни Петровича бывали более весёлые времена. – Ага, вот тебе ещё…
Мне был вручен очередной пакет с документами и истребован автограф. Я даже не стал знакомиться с его содержанием: у старого служаки всё было точно.

- С кадровиками вопрос решён, в курсе. Зайдёшь на вещевой склад, получишь всю невостребованную «вещёвку». Ботинки и зимние сапоги всегда пригодятся. Рубашки тоже. И прочий мелкий «триппер». А денежное довольствие, своё «выходное пособие» получишь в понедельник, или во вторник на банковскую карточку. Если бухгалтерия слово не сдержит, звони мне, я потороплю…
- Мне не к спеху. Зачем деньги гражданскому человеку? Баловство только одно…
- Ну, да. Ладно, бывай, хлопец! – Мрачный Петрович снова поёрзал зубами по мундштуку и облегчённо ухнул… - Отдыхай, коли заслужил!

Мы пожали руки и расстались. Вот так буднично, без фанфар, без торжественного построения и речей от высокого командования прошла моя отставка. Выход – там! Гуляй, Вася!..
С объёмистым пакетом тряпок и обуви я зашёл с прощальным визитом к начмеду. Годзиллыч, как обычно, в свободное время переставлял с места на место какие-то пузырьки и склянки, добиваясь их идеального расположения на полках медсанчасти. Увидев меня с «триппером», он радостно хмыкнул и достал знакомую бутыль толстого стекла с притёртой пробкой. И две мензурки.
Мы выпили. Спирт приятно обжёг горло и полоснул по пищеводу. Я достал медали. Годзиллыч кивнул понимающе и снова налил. Я макнул торец награды в спирт, и мы снова выпили. Молча, как старые, всё понимающие друзья. Начмед порылся в холодильнике, извлёк початую бутылку «минералки», бутерброд и пару огурцов. Мы закусили и повторили означенную процедуру со второй медалью.
В расположении части было тихо. Бойцы были на очередном задании. Кроме Петровича и начмеда в зоне досягаемости находилось не более двух десятков молодых бойцов, да и те тренировались либо в спортзале, либо в тире под чутким руководством одного из майоров, негодного к «горячим точкам». Годзиллыч с сомнение заглянул в бутыль, потом разлил остатки по мензуркам.

- Тебе полковника перед увольнением присвоили?
- Никак нет. Я же «пиджак», - гражданский, без профильного военного образования. Да и должность не позволяла.
- Ладно, подполковник – тоже хорошо.

Мы допили спирт. Друг обнял меня на прощание. Лишних слов мы не говорили. На добрую память, зная мою страсть к различному холодному оружию, клинковому – в особенности, начмед вручил мне огромный хирургический ампутационный нож. «Тебе в коллекцию», - буркнул он. Через пять минут двери, отделяющие мою бывшую службу от остального мира, закрылись за моей спиной.
Всё.

Глава 2.

«Минуло мгновенно четверть века,
Столько утекло воды с тех пор…»
/Вольдемар-ибн-Кобозя/

Делать было нечего.
Я навел в квартире порядок. Грязи с меня сыпалось немного, так что времени уборка не отняла. Пополнил запасы в холодильнике, совершив набег на ближайший гастроном. Разобрал, разложил и развесил полученный на складе «триппер». Сготовил себе нехитрый ужин…
Делать было решительно нечего.
Фёдор Абрамович, мой сосед и редкий собутыльник, скоропостижно умер два месяца назад от второго инфаркта. Его сварливая супруга выставила квартиру на продажу, но заломила такую цену, что потенциальные покупатели не велись, даже на просмотр жилплощади. Сама же дама съехала куда-то к родственникам и ждала звонка от риелторов. Племянница Евгения, по непроверенным слухам, нашла себе богатого обожателя, легла к нему в постель в очередной раз «нецелованной девушкой» и теперь проживает в особняке, не то в Подмосковье, не то под Питером. Впрочем, меня этот факт не трогал ни за какое место. Пусть у неё будет всё хорошо.
Всё будет хорошо!
Месяц я занимался своим верным автомобилем, наводил порядок в гараже, выбрасывая залежалый хлам, что-то подбеливая, подкручивая и подкрашивая. Книги были все прочитаны, телевизор не радовал. На второй месяц безделья я просто взвыл от скуки и отупения. Поэтому, когда родственники предложили пожить у них на даче, заодно изобразив и охрану оной, я с радостью согласился. Эта была та же самая дача, где так давно, очень давно, я познакомился с Алёной… Когда это было? Неужели, пролетело больше четверти века? Больше! Ещё больше!! «Жизнь моя, иль ты приснилась мне?..»
Дачный посёлок изменился. На месте утлых домиков «позорно-щелевого» типа теперь повсеместно возвышались кирпичные особняки, огороженные непроницаемыми двухметровыми заборами. Вместо редиски, клубники, кабачков и кустиков смородины-малины на бывших грядках были расстелены роскошные английские газоны, украшенные кустами роз и витиеватого лимонника. Были и другие растения, очень красивые, но вряд ли пригодные для употребления в пищу. В основном это декорация, демонстрация прилежного образа жизни и дополнительная защита от посторонних глаз. Огороды превратились в нормальные дачи. Так и должно быть.
На месте халупы, в которой когда-то гостила Алёна, гордо возвышался двухэтажный дом-замок из белого кирпича с подземным гаражом на две машины и площадкой для парковки ещё трёх-четырёх авто. Сейчас на этом месте стоял вместительный мини-вэн серебристого цвета. Остаток участка занимал гамак, натянутый между двух старых яблонь, полянка с мангалом и несколькими шезлонгами и… всё! Больше места не оставалось. Вдоль могучего забора, увенчанного коваными пиками, словно полоса препятствий, имелись насаждения из какого-то колючего кустарника (не разбираюсь в этой ботанике!). От старых хозяев не осталось и воспоминаний. Эх, Алёна…
Дом моих родственников за эти годы изменений практически не претерпел. Всё та же «позорно-щелевая» (сборно-щитовая) конструкция была обветрена и облуплена, обнажая несколько слоёв краски; но оконные стёкла и ставни были целы и исправны, шиферная крыша не протекала. Впрочем, пару-тройку лет назад был оборудован весьма комфортный чердак, откуда я при помощи самодельного перископа мог обозревать окрестности. Там же и оборудовал себе лежанку. Верную «Тойоту» разместил под импровизированным навесом на месте давно заброшенных клубничных грядок. Участок был в запустении, но меня это не напрягало.
Запас продуктов и пива на автономное проживание я привёз. В погребе был найден запас самодельного вина из ранетки. В качестве развлечения собрал на участке весь сухостой, жухлую траву и валежник из мёртвых кустов, в старой компостной яме развёл небольшой утилизационный костёр. Накачал воды в бочки и в летний душ, обмылся с комфортом. В общем, прощай городская жизнь, здравствуй жизнь безбедного дачника! Ага…
Новости не заставили себя ждать.
Сначала на дым костра прибыл неухоженного вида старый пердун, который отрекомендовался «членом правления дачного общества», хотя по затрапезному виду тянул, в лучшем случае, на сторожа. Я разъяснил ему, что сжигаю старую траву с соблюдением всех мер пожарной безопасности, а также не собираюсь самозахватом присвоить себе дачный участок со всеми строениями, поскольку являюсь родственником хозяев (вот телефон, можно уточнить!). В качестве разъяснения собственной личности предъявил бдительному стражу своё удостоверение подполковника (с погонами, в отставке, но с правом ношения формы и наград). Пердун, видимо, принял меня за полицейского, или ФСБ-шника и скоропалительно ретировался. Моим родственникам он так и не позвонил. И вообще, я его больше не наблюдал, ни около дачного правления, ни вообще. Ублюдочное существо с претензией кануло, будто его и не было вовсе.
До самого конца дня я пил холодное тёмное пиво и, возлегая на веранде, вкушал ароматное барбекю «с дымком» из колбасы, жареной на том же костре, над бывшей компостной ямой. Мне ещё предстояло разобрать завал из посуды на летней кухне, проверить функционирование самодельной печки в миниатюрной бане, которую лет тридцать тому назад сложил самолично мой дядя, и которой не пользовались уже лет пять, или шесть… В общем, планов я себе наметил – громадьё! Впереди у меня половина лета и, если повезёт, месяц осени. Если, конечно, родственники не захотят отдохнуть на даче сами… Но это всё в туманной перспективе. А молодому пенсионеру греть голову такими задачами не положено. Будем решать проблемы по мере из поступления!
Мне было хорошо. Приближалось томное время, когда уже не день, но и вечер полновластно ещё не вступил в свои права. И тут…
Вторым номером прибыла барышня. И это стоит отдельной главы.

Глава 3.

«…Дурачину в область печени кольнуло!»
/В.С. Высоцкий,
«Жил-был добрый дурачина-простофиля»/

- Здравствуйте, скажите, а у вас случайно нет мясорубки? А то наша, электрическая, сломалась!
- Видите ли, уважаемая, я на этой даче не хозяин, а только временный гость. А мясорубка, даже если она и имеет место быть, никак не может оказаться электрической. Скорее всего, она окажется обломком старой советской эпохи, со струбциной для крепления к столешнице и ручкой вращения шнека…
- Да нам бы любая подошла. Дадите попользоваться?
- Конечно, если найду!

Так мой отдых был прерван внезапным инодачным вторжением.
Но я не пожалел. И немедленно направился в летнюю кухню, разгребать посудные завалы в поисках ретро-мясорубки. Точно помню, что таковая была! Барышня последовала за мной, и мне представилась возможность детально рассмотреть её.
У неё не было рук и левой ноги.
Светло-серая лёгкая длинная футболка, небрежно надетая на голое тело, являла короткий левый рукав, небрежно подвёрнутый вовнутрь; из правого рукава торчала культя, ампутированная чуть ниже локтевого сустава, в верхней трети предплечья. Снизу из-под футболки с левой стороны торчал потёртый алюминиевый протез типа «козья нога» со стёртым резиновым наконечником. Правая нога в целости и сохранности, босиком, была облачена в растоптанный мокасин без шнуровки. Нога, впрочем, была вполне крепкой и стройной, с той самой долей «приятной кривизны», пикантной и функциональной при опоре по центру. На вид моей визитёрше было лет тридцать пять; короткие золотистые кудряшки с проблесками медной рыжинки обрамляли треугольное, почти кукольное, личико с острым подбородком. Зелёные глаза в пуховых ресницах дополняли картинку; правильной формы нос и нахальные губы тоже не ломали общего впечатления и только добавляли шарма. Заметив мой обзорный и оценивающий афронт, женщина облизнула губы и быстро показала язык!

- Я, вообще-то, за мясорубкой пришла!
- Один момент, уважаемая! Терпение, и оно воздастся сторицей! Присаживайся пока, ибо гравитацию никто не отменял!
- Ничего, я пешком постою! – Женщина всё-таки присела одной половинкой попы на кухонный колченогий стул, неловко отклячив в сторону негнущийся протез. Теперь уже она рассматривала меня и мои неловкие телодвижения, нахально и вызывающе покачивая головой и искря зелёными радужками глаз. – Поторопись, о великий податель мясорубок! Твоя богиня ждёт!

Вот же нахалка! Я старательно рылся в кухонных посудных завалах. Наконец мои труды были вознаграждены: под горой чугунных толстых чёрных сковородок, произведённых в первой половине прошлого века, под пирамидами мисок и крышек непонятного происхождения и предназначения, в самой объёмной кастрюле была обнаружена искомая реликвия: раритетная, винтажная ручная мясорубка в полном комплекте!

- Так, струбцина исправна, ножи и рукоятка на месте. Тебе дать какой-нибудь пакет, или торбу, чтобы донести агрегат? Эта железяка весьма тяжёлая!
- Не нужно, я справлюсь. Вот так, - женщина подхватила кухонный прибор культёй правой руки и прижала к себе. Впрочем, тут же опустила обратно на стол. – Ух, она и взаправду тяжёлая!
- Так, нужна торба?
- Нет, справлюсь. Не нужно. Я вполне самостоятельная, уже восемь лет как в таком виде живу. Хочешь узнать, что со мной случилось?
- Тебе приятно вспоминать?
- Нет. Просто хочу поставить сразу все точки над «Ё».
- Промолчу.
- … Я со своим женихом разбилась на мотоцикле. Он был фанат мотоциклов. И меня катал постоянно, брал с собой всегда и всюду. Решил наудачу проскочить железнодорожный переезд перед товарняком. И не успел. Его отбросило в сторону вместе с байком, а меня за длинный плащ затянуло под состав. Размолотило в хлам! Спасли чудом…
- И что же твой жених?
- Он перепугался, даже в больницу ко мне не пришёл. Ни разу. А у меня уже свадебное платье было пошито. Вот так бывает.
- Скажи, тебе хотелось покончить с собой? Только честно и без обид.
- Знаешь, совсем не хотелось. Я как-то сразу освоилась в своём новом теле, стала использовать единственную ногу вместо рук. И у меня стало получаться! Скорее уж мои родственники желали моей смерти, всё думали, что я им обузой стану. А я и не думала о таком финале. Ну, калека, бывает. Ну, бросил любимый человек. Предатель! И всё, постановила себе забыть о нём! Он для меня умер, а я жива. Пусть даже без трёх конечностей, но жива, и зла не держу ни на кого.

Пауза. Наконец неловкость ситуации нарушила моя гостья:

- Ты сказал, что не хозяин дачи. А где же сами хозяева?
- Дядюшка мой умер, ещё прошлой весной. Тётка совсем старая, боится выезжать. А их дети, мои ровесники, - им эта дача ни к чему, только лишняя головная боль. Они деньги зарабатывают по заграницам, им загородный дом в России не нужен. А внуки – тем более. Другой менталитет. Дача – это анахронизм, архаизм и полный отстой. Участок брошен. Увы.
- Понятно. Твоего дядю я помню. Крепкий был старикан и очень добрый. Он меня вином самодельным угощал.
- Вино ещё осталось в погребе. И даже не прокисло. Хочешь?
- Хочу!

Я извлёк бутыль из дядюшкиных запасов. Вино и вправду было сделано на совесть и с любовью. И ничуть не прокисло, ни капельки. Чувствовался оригинальный ранеточный вкус, лёгкая приятная кислинка и чуть-чуть сахара. Просто хорошее сухое вино. Розовое. Домашнее.

- Тебе дать соломинку?
- Нет, просто налей не в стакан, а в рюмочку с тонкой ножкой.
- Нет ничего проще!

Рюмка нашлась. Вино налито. Милая женщина слегка повернулась на стуле, обхватив культёй руки спинку. Потом лёгким движением высвободила ногу из драного мокасина. Рюмку вина моя гостья подхватила пальцами ноги и легко, не нагибая туловища и шеи, поднесла к губам.

- Да, тот самый знакомый вкус! Отличный был у тебя дядя.
- Мне он тоже импонировал. Считал меня за сына. А я этого не ценил… Пока его не стало.

Мы выпили ещё немного. По моей комплекции и алкогольной тренировке два стакана сухого вина были не суровее компота. Но взаимная симпатия уже искрила между нами.

- Тебя не потеряют? Ушла за мясорубкой и исчезла в дачном лабиринте. Готовится поисковая операция?
- Да, нужно идти. Вряд ли мы сегодня уже будем готовить запланированные люля-кебабы, но фарш всё равно перекрутить надо. Давай агрегат, пойду.

И вот тут, без перехода, моя незваная гостья спросила:

- Ты женат?
- Нет.
- Почему? Вдовец, или разведён?
- Нет и нет.
- «Голубой»? Хотя нет, не похож…
- Снова мимо. Ответ отрицательный.
- Тогда почему? На «сидельца» тоже не похож. Хорошие манеры, правильная лексика, развитое мускулистое тело. Кто ты? И почему без женщины?
- Долго рассказывать. Не хочу. Это не интересно.
- Ты мне расскажешь. Я хочу. Сегодня вечером я останусь одна. И приду к тебе. И ты мне всё про себя расскажешь. Договорились?
- Я подумаю.
- Ещё бы!

Женщина легко поднялась со стула, пристукнув об пол уродливой штангой протеза, снова подхватила со стола мясорубку, зафиксировав её обрубком предплечья. Потом взмахнула опахалом ресниц и снова загадочно испустила искру из фантастических зелёных глаз. Было всё ясно. Оставалось только ждать.
У меня знакомо кольнуло в промежности.
Всё повторяется. Первый раз играется трагедия. Второй раз - в виде фальши. Все ремейки, как правило, неудачные. Дачные – неудачные…
Я проводил барышню до калитки. В отличие от большинства прочих участков, забаррикадированных за взглядонепроницаемыми заборами, землевладение моих родственников по-прежнему, как и тридцать лет назад, было огорожено низкорослым деревянным штакетником советских времён. Мы обменялись понимающими взглядами.

- Я обитаю вон в том доме, - кивком головы указала моя гостья. – Только ты к нам не ходи. Я сама выберусь…

Ответ не требовался. Я только кивнул.
Это был тот самый участок, на котором давным-давно в нелепом, куцем дачном домишке, так недолго жила Алёна…

Глава 4.

«…Там эти песни исполняет Шуфутинский,
Их Розенбаум пишет левою ногой!»
/Неидентифицированный автор/

Солнце закатывалось за горизонт изумительно медленно, презрев все законы небесной механики. Тонкие валики серовато-голубых облаков пытались втолкать светило за планку земной тверди, а оно сопротивлялось, испуская все немыслимые цвета спектра, от приторно-розового до ядовито-фиолетового.
Уже окончательно стемнело, когда распахнулись ворота и от известного дома, солидно покачиваясь, отъехал серебристый мини-вэн. Люди торчали во всех окнах авто, но золотистых кудряшек видно не было. Створки ворот немедленно схлопнулись и вновь отгородили обитателей особняка от внешнего мира. Впрочем, я был почти уверен, что обитатель остался только один. И кто это был, вернее, была, я тоже был уверен. И моя уверенность была вознаграждена.
Самодельный перископ был замаскирован под каминную трубу (хотя камина в дачном домике не было) и прекрасно справлялся со своим предназначением. Через полчаса после отъезда мини-вэна на контролируемом участке началось движение. Щёлкнула, открылась и снова закрылась входная дверь белокаменного особняка, потом тёмная фигурка выскользнула из дверцы в заборе и направилась в мою сторону. Я в два бесшумных прыжка свалился с наблюдательного поста на чердаке и приготовился встречать гостью.
На ней было тёмно-синее платье довольно легкомысленного покроя и с короткими рукавами. Про такое говорят: «Коленки ниже юбки». Впрочем, коленка была одна. Протез «козья нога» не наблюдался, вместо него под культёй правой руки был тонкий подмышечный костыль черного цвета, вероятно, из модных композитных материалов. Планка костыля была приподнята вверх, чтобы владелица могла придерживать его остатком предплечья; между подмышечным упором и планкой была организована петля из эластичной резины, куда и было продето плечо. На босой ноге вихлялся всё тот же видавший виды мокасин без шнурков. Если не считать голой ноги и культи руки, не прикрытой никакой тканью, маскировка для тёмного времени суток была вполне удачной, о чём я и сообщил даме, едва закрыв калитку и проводив в домик.

- Кстати, мы же не познакомились! Меня зовут Марина!

Я тоже представился. Без конкретики и дополнительных фактов биографии, кои были неуместны. Марина протянула мне культю правой руки и я нежно пожал обрубочек предплечья. Рукопожатие (или культепожатие?) состоялось.

- Извини, но больше протянуть для знакомства мне нечего! – Марина хихикнула, снимая неловкость момента. – А имя у тебя красивое, но странное, необычное. А как тебя зовут друзья?
- Обычно – Веня, Вениамин. А если хотят сообщить нечто особенное, то обращаются по конспиративному: Флав!
- Здорово! – Марина прислонила костыль к стенке и уверенно присела на стул. – Будем соблюдать конспирацию, Флав! Налей мне вина!
- Есть ещё пиво и коньяк. Что предпочитаешь?
- Нет-нет, налей мне вина твоего дядюшки. Оно вкусное, лёгкое и у меня с ним связаны приятные воспоминания.
- Скоро оно кончится. А новое сделать будет некому. – Я налил даме вина, а себе плеснул в стакан немного коньяку. Переводить слабоалкогольный напиток на мою массу, – просто напрасная трата ценных ресурсов.
- Жаль. – Марина грациозно извлекла ножку из мокасина, подхватила рюмку длинными пальчиками и также воздушно и легко поднесла ко рту. Золотистые кудряшки встрепенулись и заиграли красновато-медными отблесками. – Ну, за знакомство!

Мы выпили. Щёки барышни раскраснелись, не то от вина, не то от смущения. Она пыталась сформулировать какую-то мысль, но пока не решалась; это было заметно.
В боковом кармане Марининого платья зазвонил мобильный телефон. Сунув ногу в карман, тем самым в очередной раз продемонстрировав свою потрясающую гибкость, женщина достала мобильник, нажала кнопку ответа и точно так же, держа мобильник ногой, поднесла к уху.

- Да, слышу. Да, у меня всё в порядке. Нет, скоро лягу спать. Всё в порядке, ничего не надо. Всё в ажуре! Да, пока. Спокойной ночи!
- Родственники беспокоятся?
- А, просто формальность. Они же знают, что я вполне самостоятельная, автономная и совсем не беспомощная. Дежурный звонок, не более того.
- Понятно.

Всё-таки какие-то мысли не давали моей визитёрше покоя. Мобильник оставался на столе, пальцами ноги женщина задумчиво вертела перед собой рюмку с вином. Чтобы разрядить обстановку, я перевёл разговор на другую тему:

- Ну, как ваши люля-кебабы? Удалось справиться с раритетным агрегатом?
- Фи! По мне так вообще огромная глупость: просидеть весь день у куска мороженого мяса, потом, на ночь глядя, задумать приготовить из него котлетки, потом обнаружить, что импортная электромясорубка не в состоянии переработать продукт российского свинопрома… Ну да, мясо провернули. Только готовить уже времени не было. Оставили фарш в холодильнике, пусть как следует отлежится до следующего дня. А завтра после полудня приедут мои брат с женой и две сестры, тогда и начнётся готовка.
- О-па! Так ты, значит, не ужинала? Есть хочешь?
- Нет, не хочу. Я немного перекусила бутербродами с сыром. И вообще, у нас найдётся занятие интереснее, чем набивать желудки.
- Я весь внимание!
- Понимаешь… - Марине удалось справиться с неловкостью, и она решительно подняла на меня очаровательный взгляд, полный задорных зелёных искр. – У меня уже восемь лет не было мужчины. С того самого дня, когда я влетела под поезд. А я женщина и хочу нормальной жизни. Ты, как я поняла, один. И я одна. Давай доставим друг другу радость.
- А ты циник, Маринка. Я, признаться, рассчитывал на флирт, на конфетно-букетные ухаживания, пусть даже короткие, но романтичные. А у тебя получилась сплошная физиология…
- Физиология, психология… Ты сам выпей ещё, чтобы тебя мой вид не смущал. Можешь даже глаза закрыть. И не думай лишнего. Несмотря на отсутствие трёх конечностей, я вполне нормальная женщина в плане секса. Просто за всё это время случая подходящего не было.
- А ведь ты не учла того, что, хотя я и не женат, у меня могут быть близкие отношения с кем-то…
- Не могут. В тебе всё выдаёт неухоженного холостяка. Даже если у тебя и есть где-то женщина, она тебе никто. И ты для неё – никто. Она не ухаживает за тобой, значит, ты ей не нужен. Безразличен. Вот это и есть настоящий цинизм и потребительское отношение! Поэтому с*екс на стороне не будет супружеской изменой. Изменить можно только тому, кто считает тебя своим. А ты ни для кого не свой. Волк-одиночка. Я угадала?
- Угадала. Нет у меня никого. И тому есть веская причина.
- Ты военный?
- Откуда такое суждение?
- У тебя армейская обувь. И выправка. И реакция. И вообще, нужно представить человека в определённой обстановке и проверить, вписывается он в эту обстановку, или нет.
- И каков результат?
- Я представила тебя за письменным столом. В галстуке, при всём параде, при портфеле… Нет, на «офисный планктон» ты вовсе не похож. Потом представила тебя за рулём автомобиля…
- Мою «Тойоту» ты можешь видеть за домом.
- Нет, я представила тебя за баранкой «МАЗа», или «КамАЗа», - тоже не прокатило. А когда вообразила за рычагами танка, или бронетранспортёра, - вот тут я почувствовала соответствие!
- Людей с моими габаритами в танкисты не берут.
- Это не важно. Важен сам факт соответствия. Потом я мысленно представила тебя в военной форме, с автоматом в руках, с пистолетом на боку. И всё, картинка совпала!
- Ладно, сдаюсь: угадала. Я военный пенсионер. Два месяца, как в отставке.
- Давай, угадаю дальше: полковник?
- Мимо. На одну звёздочку ошиблась.
- Не беда. Всё равно, солидно. Думаю, что поэтому у тебя и нет семьи. Не всякая жена выдержит вечное блуждание по дальним гарнизонам. Без горячей воды, без тёплого сортира, без нормального быта. Без культурных заведений, без нормального общества… Я права?
- Увы, нет. Причина совсем другая.
- И какая же?
- Давай пока что прекратим допрос. Я отвечу на все твои вопросы, заданные и ещё незаданные. Но позже. А пока вернёмся к нашей неутолённой физиологии. Есть возражения, дополнения, особые пожелания?
- Вроде бы, нет. Надеюсь, что чистая простынка у тебя найдётся?
- Обижаете, принцесса. У меня тут имеется полный комплект чистого постельного белья, и даже два запасных! Всё рассчитано на длительную автономию в диком крае. Соизволите подняться наверх?
- О, сир! – в тон моей речи томно произнесла «принцесса». – У меня неполный набор конечностей, как вы успели заметить. А лестницы в вашем замке столь круты и небезопасны для хрупких дам! Не поможете ли бедной калеке преодолеть подлую силу гравитации?
- Нет ничего проще, миледи! – Я приподнял даму, подложив ладонь под её левую половинку попы. Дама пискнула и обхватила меня за шею остатком правой руки. В такой связке мы пропутешествовали вверх по лестнице на чердак, который, как я уже упоминал, был сравнительно недавно оборудован под вполне уютную комнату. – Надеюсь, путешествие не доставит вам неприятностей?

Мельком осмотревшись, Марина одобрила спартанскую обстановку чердака. Потом смело прыгнула на постель, ловко работая босой ногой (мокасин свалился с неё еще во время марша по лестнице), сдёрнула с себя платье. Бюстгальтер отсутствовал, а кружевные чёрные трусики было доверено снять верному рыцарю прекрасной дамы, то есть, мне.
В процессе изъятия с тела Марины её последнего предмета туалета, мне представилась возможность осмотреть то, что осталось от её левой ноги. Вернее, ничего не осталось. Была только маленькая половинка попы, изрезанная шрамами вдоль и поперёк. Видимо, после травматической ампутации рану сначала зашили абы как, лишь бы остановить кровотечение. Потом в больнице наложили постоянные, профессиональные швы. И, судя по всему, впоследствии была ещё одна, или две реампутации, чтобы возможно было безболезненно подогнать протез. Я с трудом понимал, как на такую искалеченную попу, без намёка на культю, можно было бы сообразить нормально функционирующий протез. Но протез имел место, на этот факт указывали мозольные потёртости между рубцами.
Я нежно поцеловал Марину в середину её самого объёмного шрама. Женщина снова пискнула, охнула и, слегка изогнувшись, лёжа на спине, подтянула меня ногой к себе ближе. Я поцеловал пальчик на её ножке, вознамерившись продолжить этот процесс с подъёмом по конечности выше и выше, но у барышни были другие планы:

- Подвинься ко мне ближе! Я сама тебя раздену!
- Слушаюсь и повинуюсь, о госпожа!

Быстро, очень быстро, работая длинными тонкими, подвижными пальцами единственной целой конечности, с меня были сняты рубашка и брюки. Трусы с меня Марина сдёрнула зубами, как бы заявляя свои права на дальнейшее завладение тем, что под ними окажется. Толчком культяпки правой руки я был повержен на койку, и Маринка принялась истово ласкать меня, покрывая тело и интимные места страстными поцелуями горячих влажных губ…
Потом был минет. Потом ещё раз минет. Потом развратница завернула кожу на моём торчащем «агрегате» в её «походное» положение, зажав эксплуатируемый орган между щекой и плечом…

- Ложись удобнее: я буду сверху!

Отказываться было не в моих правилах. Каким-то неистовым телодвижением женщина насадила себя на мой орган сверху, едва не вылетев за пределы «сексодрома»!

- Придержи меня снизу, сбоку! Немного не рассчитала, что слева совсем нет упора!

Я, конечно же, выполнил распоряжение. Придерживая правой рукой трепещущее тело под израненную ягодицу, мы начали свой танец любви. Амплитуда колебаний то увеличивалась, то уменьшалась и, наконец, мой предмет обожания забилась в конвульсиях оргазма, постепенно обмякая…

- Уф, здорово! Ты молодец!
- Мы оба молодцы, любимая. Только я не кончил. А-а! Так не честно! Тебе удовольствие, а мне оставаться без разрядки напряжённости?
- Ты не кончил? Прошло не менее пятнадцати минут!
- Знаешь, я не засекал время. Только я не разрядился, можешь сама проверить. Так что, милая, настаиваю на продолжении Марлезонского балета!
- Ну, ты гигант! Конечно же, продолжим!

И мы продолжили. Несколько раз я махровыми полотенцами и салфетками обтирал наши мокрые от пота (и не только от пота!) возбуждённые тела. Один раз пришлось поменять простынь, ибо первая под нашими упражнениями пришла в совсем уж неприглядный вид. Марина оказалась совершенно раскованной и потрясающе развратной; никаких запретов, никаких смущений ни она, ни я не испытывали. И лишь когда на востоке начала заниматься светлая полоска, моя пассия обессилено рухнула в подушки:

- Вот это да! Вот это кайф! Вот этого мне не хватало все восемь лет!
- Где же вас раньше носило, моя королева? Вы и меня лишили удовольствия ласкать вас!
- Ну, за восемь лет мы бы изрядно успели надоесть друг другу. А, впрочем, всё, что ни происходит, - всё только к лучшему!

Маринка потянулась, поёжилась, словно тестируя функционал своего организма. Потом промолвила:

- Хочу в туалет! По маленькому. На ведро, на корточки мне не сесть, но могу облегчиться прямо с крыльца, если ты меня немного поддержишь.
- Не вопрос!

В силу раннего часа, весь дачный посёлок крепко спал, поэтому я не опасался неожиданных свидетелей. После завершения процедуры моя гостья категорично заявила:

- Я пошла к себе в дом. Нужно, чтобы мои родственники застали меня в своей постели. Надеюсь, ты понимаешь?
- Да, конечно. А как ты откроешь калитку и дверь?
- Элементарно, Ватсон! У меня в кармане лежит электронный ключ. Я могу его взять тем, что когда-то было моей правой рукой, там есть такая специальная присоска. А дальше всё просто. И не провожай меня. В нашем посёлке и заборы имеют глаза и уши. Так что, пока-пока, дорогой!

Маринка, ловко орудуя ногой и помогая себе остатком руки, натянула трусики. Потом, также с помощью ноги, облачилась в тёмно-синее платье. Следов ночного трэша ни платье, ни трусики не несли. Потом, найдя у зеркала расчёску, быстро привела в порядок свои великолепные золотистые локоны.

- Женщина со сна может быть немного растрёпанной, не правда ли? Наоборот, слишком хорошо уложенная причёска вызывает подозрение! Я права?
- Конечно же, права, моя радость. Мы ещё увидимся?
- А тебе хочется?
- Угадай с трёх раз!
- Ну… - женщина изобразила загадочно-задумчивый вид, - я подумаю. Такой сложный вопрос вы задали, сир!

Я положил в карман платья забытый на столе мобильник. Маринка подхватила от стены костыль, оставленный там ещё вчера, продела культю руки в резиновое кольцо, обрубком предплечья прихватила планку. Потом, опираясь на костыль и спиной на стену, вставила ногу в мокасин. Привстав на пальчики, чмокнула меня в подбородок (выше просто не достала) и упорхнула восвояси. Мне было запрещено выходить за пределы калитки. Конспирация была соблюдена на высшем уровне!
В окно перископа я разглядел, как женщина открыла электронным ключом дверцу в заборе, ненадолго отставив костыль и прицепив ключ присоской к культяпке. Как она попала в дом, я уже не видел. Всё-таки глухой забор скрывал часть обзора. Но это было уже не столь важно…

Глава 5.

«Она была чиста, как снег зимой, -
В грязь соболя! Иди по ним по праву! -
Но вот мне руки жжёт её письмо,
Я узнаю мучительную правду…»
/В.С. Высоцкий/

На следующий день на дачу нагрянули мои родственники, хозяева участка: троюродная сестра с мужем, их дочь с женихом и племянница от старшей сестры. Приехали без звонка, без предупреждения, хотя прекрасно знают, что с мобильником я не расстаюсь. Что же, имеют право! Это их земля, их дом. Значит, инспекторская проверка по мою душу. Потерпим!
Чистотой и порядком на участке родственники остались удовлетворены. Немного посетовали, что ничего в этом году не посадили, а старые посадки выродились и погибли. Но ботаника – это не моя стезя. А вот прибраться – это всегда, - пожалуйста. Чем я, собственно, и занимался.
Мне было дано разрешение пользоваться всеми припасами из погреба (с учётом того, что последние два года эти запасы не пополнялись, и самые «свежие» банки были закатаны ещё в поза-позапрошлом году!), а также дана индульгенция на потребление остатков самодельного вина, количество которого я утаил. «Ой, а мы думали, что оно давно прокисло!». Так что я не рискнул уточнять реальные запасы, оставленные покойным дядюшкой, а перевёл диалог в другое русло.
И тут объявилась Марина. Она была одета точно так же, как во время нашей первой встречи: серая длинная футболка и мокасин без шнурков. Только вместо «козьей ноги» из под одежды выглядывал обычный анатомический протез, судя по качеству, - российского производства, обутый в аналогичный парный мокасин, но намертво пришнурованный к протезной ступне.
Мои родственники раскланялись с гостьей. Марина вернула мясорубку, холодно поздоровалась и со мной, делая вид, что наблюдает меня исключительно по вопросу одалживания мясокрутильного агрегата. Я сделал вид, что тоже вижу одноногую гостью во второй раз и только по делу. Не задерживаясь, Марина ретировалась за свой забор.

- Бедняжка! – со вздохом произнесла моя племянница. – Какая бедняжка, калека!
- Она сама виновата! – холодно отрезала сестра. - Нечего было лихачить.

И тут я навострил уши. Ибо исповедь, рассказанная самой Мариной, не соответствовала тому, что знала про неё моя сестра. А мне очень не нравится, когда меня обманывают, даже в мелочах. Маленькая ложь рождает большое недоверие. Факт!

- Почему же – «сама виновата»? – Я сделал туповатое лицо. – И что же с ней произошло?
- Ты тогда был весь в работе, весь в командировках, - пробурчал муж сестры. – Потому и не можешь знать. А девка эта была оторва - ещё та! И травку покуривала, и пиво с пацанами квасила, и на мотоцикле гоняла…
- Какая насыщенная и интересная жизнь! – поддакнул я своему зятю. – И что же случилось потом?
- А потом она влюбилась. Влюбилась в такого же раздолбая, как и она сама. Только у него родители побогаче были. И мотоцикл ему купили дорогущий, мощный и тяжёлый. А эта шалашовка решила ему класс вождения продемонстрировать и села за руль его байка. Наверное, обкуренная была… Не справилась с управлением тяжёлой техники и влетела под проходящий поезд. Байк – вдребезги, парня выбросило из седла в кусты, он не пострадал. А её под вагоны затянуло. Хорошо, что вообще жива осталась, калека на всю жизнь.

Я промолчал. А мой номинальный родственник продолжал разливаться соловьём, накручивая всё новые и новые подробности из прошлой жизни «оторвы, шалашовки, наркоманки» и просто, по его строгому мнению, мелкой шлюшки. Впрочем, фонтан ему быстро заткнули. Родственники завершили свои инспекционные дела и торопились уезжать. Я не стал препятствовать. Мне одному намного лучше.
Ну что же, подруга, будем тебя «раскалывать» по полной программе. Это занятие гораздо интереснее, чем просто пить пиво, или траву собирать. Тут есть простор для оперативной работы. И, кстати, неплохо было бы познакомиться с твоим бывшим неудавшимся женихом. Он, возможно, прольёт свет на ситуацию и будет более объективен.

Глава 6.

«…Есть тревога на лице,
Есть магнезия в шприце, -
Щас она там быстро оклемается!»
/А. Розенбаум/

Старые связи – это старые связи, никогда не знаешь, когда они пригодятся: или они тебе, или ты им. Но одного звонка было достаточно, чтобы получить нужную мне справку.

- Понимаешь, Вен, - неторопливо вещал в телефонную трубку мой старый знакомый из ГИБДД, - понимаешь, эти отмороженные байкеры, как будто, созданы для самоликвидации. Сколько их разбивается на дорогах ежегодно, так это уму не растяжимо! И всё равно, покупают мотоциклы, словно на том свете их заждались! Дурачьё.
- Ближе к телу, май френд!
- Да, тот случай я помню. Девушка с парнем разбились на мотоцикле, попав под товарный поезд. Байк дорогущий, – превратился в металлолом! Парень в сторону отлетел, отделался лёгкими телесными повреждениями, синяками и ссадинами, даже в стационар не обращался. А девушку поездом здорово помяло! Да какая ж она девушка, ей же около тридцати лет тогда было. А, нет поменьше: двадцать семь, или двадцать восемь, не помню. Но покалечило её изрядно! Оторвало руки и одну ногу, кажется…
- Слушай, а кто управлял мотоциклом?
- Тут, понимаешь, полная темнота. Свидетели утверждают, что за рулём была женщина в длинном плаще. Машинист вообще ничего не видел, мотоцикл влетел в середину состава, когда локомотив уже проехал. А при разборе парень сказал, что это он был за рулём. Потом, правда, от своих показаний отказался, но в первоначальном протоколе заявлено именно так: за рулём был он. Поскольку никаких претензий потерпевшие друг другу не предъявили, дело быстро закрыли, материал отправили в архив, Аллес-нормаллес!
- А какие могли быть взаимные претензии?
- Ну, женщина лишилась здоровья, получила инвалидность, первую группу. А у парня имущественные потери: мотоцикл стоил так, как крутая иномарка! Но вопрос замяли, дело закрыли. Скорее всего, кто-то очень хорошо заплатил. В любом случае, нужно было бы найти виновного и наказать. Либо парень передал управление человеку без прав, либо сам стал причиной аварии. Но у обеих сторон обоюдных претензий не было. Вероятнее всего, причиной аварии стала именно пассажирка… Но деньги решили всё. Без обид, и дела нет. А тебе-то что по этому эпизоду нужно?
- Дай мне адрес того парня.
- Не вопрос, скину по СМС через полчаса. А женщину повидать не хочешь?
- В другой раз. Спасибо, жду инфу!
- Бывай, дружище! Пока-пока!

Вот и адрес. Как обычно, при недостатке информации, я начинаю с наружного наблюдения за объектом. Но в первый же день отработки выясняется: искомый объект в адресе не живёт и даже не появляется. То есть, он прописан, но фактически проживает в другом городе. И не просто в другом городе, - сто километров – это не расстояние! – а в элитном посёлке с частной охраной, КПП и периметром, обнесённым колючей проволокой и охраняемой собаками. И пробраться без жертв на такой объект мне вряд ли удастся. Поскольку, когда я был на службе у государства, мелкие шалости в виде чьей-то свёрнутой шеи, или пары-тройки простреленных ног, мне прощались. А вот сейчас я – лицо сугубо частное. И любое повреждение имущества, или покушение на чьё-то драгоценное здоровье мне отрыгнётся по полной программе! Остаётся только одно: выманить объект наружу. Буду думать.
Ну, что ж, раз меня обманывают, не будет большим грехом тоже пойти на обман. Была – не была!
Марина пришла ко мне точно так же вечером, через шесть дней. Четыре дня кряду во дворе белокирпичного дворца постоянно толклись автомобили, но на пятый – пропали. Оставался только мини-вэн. В тот вечер приметный серебристый мини-вэн отбыл в направлении города затемно, а это означало, что сегодня уже не вернётся. По крайней мера, так подсказывали мои наблюдения за домом.
Марина пришла! На ней было строгое тёмно-серое платье ровно до колена, немного в обтяжку. Слева платье облегало фигуру, выдавая высокую ампутацию ноги, справа – подчёркивая форму упругой ягодицы и гладкого бедра. Левый рукав был полностью отрезан и аккуратно заштопан; правый рукав укорочен до локтевого сгиба ровно настолько, чтобы обеспечить подвижность обнажённого кусочка предплечья. И справа всё так же имел место тонкий подмышечный костыль, адаптированный под работу культёй. Марина была великолепна, всё впечатление портил всё тот же уродливый мокасин!

- Моя королева, вы прекрасны! Вы само совершенство! Вот только ваша обувь внушает некоторые подозрения, что на ближайшей помойке с вас сняли хрустальный башмачок и вручили этот выкидыш китайской обувной промышленности!
- Ах, монсеньор! Вы совершенно правы! Но в моём скорбном положении передвигаться в хрустальном башмачке – форменное издевательство над единственно оставшейся конечностью! А сиё чудо китайских рукоделов даёт мне возможность в любой момент чувствовать себя комфортно и легко воспользоваться ногой по её непрямому назначению, а именно – в качестве аналога руки!
- Как я вас понимаю, моя повелительница! Не желаете ли отведать вин заморских, гишпанских: «Эль ронеткас дачникус»?
- Милорд, это самый изысканный напиток, о котором я даже не мечтала!

Так, прикалываясь и пикируясь, мы снова оказались в койке на чердаке моего временного обиталища. Марина выпила три рюмки «Эль ронеткас» и блаженно затихла.

- Я бедная, безрукая несчастная калека! – тихонечко запищала она. – Одноногая, совершенно беспомощная! Раздень же меня, добрый человек, приласкай и обогрей в своей келье!

Я включаюсь в ролевые игры с полуслова. Изобразив изобильное сострадание и вселенское сочувствие бедному убогому дитяти, я с чувством, медленно и печально, разоблачил донага возлежащую на кровати прелестницу. «Девица» старательно стонала и охала, изображая из себя невинное создание, агнца божьего, жертву обстоятельств, сделавших её уродливой и никчёмной. И только вздорные зелёные глаза каскадами искр из-под ресниц выдавали коварные планы их обладательницы. Судя по прелюдии, мне сегодня предстоит быть сверху. Что же, лидирующая роль – это тоже приятно, особенно когда партнёрша старательно и натуралистично подмахивает!

- Помассируй мне левое плечо, - попросила Марина. – Сегодня что-то болит и болит. Как мне оторвало ногу, я помню. А потом был болевой шок, как лишилась рук - уже не припомню, была без сознания. Но правая культя изредка немного чешется, а вот левая периодически мучит фантомными болями…

Я прекратил собственное раздевание и переключился на мою даму. Собственно, от левой руки также ничего не осталось, как и от ноги. На месте плечевого сустава была небольшая ямка, кожа была грубо собрана ампутационными шрамами в некое подобие ромашки. Я поцеловал Маринку в центр этого импровизированного «цветка» и принялся ласково гладить, разминать искалеченное тело.

- Какие у тебя пальцы сильные, горячие, добрые! – Женщина дышала всё глубже, всё сильнее, возбуждаясь от прикосновений. – Если бы я могла доставить тебе столько же удовольствий, милый Венечка!

Тело Маринки выгнулось и задрожало в судорогах приближающегося оргазма. Правую ногу она откинула в сторону, под прямым углом, губки в промежности набухли, покраснели и увлажнились. Это был сигнал к началу решительный действий! Что я и проделал незамедлительно.
Прекрасная развратница владела своим телом превосходно. Она обнимала меня своей ногой, доставая до затылка, она задавала ритм и темп вхождений в неё, умело регулируя процесс нажатием пяткой на мой копчик и сужая-расширяя собственное влагалище. Она дважды совершила подо мной полный оборот со спины на живот и обратно, не выпустив меня из своих прелестей. Не будь она одноногой, вряд ли была бы способна на подобные пируэты!
Наконец из меня ударила струя семени и, изрядно вымотанный, я рухнул лицом в подушку рядом с «ромашкой». Маринка провела мне по спине своими пальчиками, обняла культяпкой, уткнулась носом в лопатку…

- Знаешь, я сегодня сосчитала! Я с тобой испытала оргазм двадцать один раз! Ты самый замечательный любовник, Веня! Чем я могу тебя отблагодарить?
- У меня нестандартное пожелание. Хочу видеть тебя в свадебном платье, в полном параде, при фате и в белой свадебной туфельке. Сделай для меня такой перфоманс!
- Это совсем не сложно. Только свадебное платье до сих пор висит в квартире, в городе… Из моих родственников никто не решился его продать. Хотя все были уверены, что оно мне уже никогда не пригодится. Если хочешь, отвези меня на городскую квартиру, и ты увидишь всё, что захотел!
- Я бы не хотел это проделать в присутствии твоих родных. Можно организовать визит так, чтобы мы были наедине?
- Конечно, милый!

И мы обговорили все детали будущей поездки. А потом Марине наскучило считать собственные оргазмы, и остаток ночи мы провели, меняя позы и лидерство, выпивая понемногу вина и медленно танцуя под аккомпанемент звёздного неба. А на самой заре моя подруга также незаметно ускользнула, как и в прошлый раз.

Продолжение следует...



User avatar

Serafim
Житель
Posts: 493
Joined: 16 May 2017, 17:50
Reputation: 152
Sex: male
Location: Россия
Ваш Знак зодиака: Рак
Has thanked: 114 times
Been thanked: 78 times
Gender:
Russia

Re: Дачные приключения. Записки дембеля.

Post: # 47035Post Serafim
08 Nov 2019, 22:42

Флав Найребис wrote:
08 Nov 2019, 15:50
Армейская шутка времён СССР)
Флав Найребис wrote:
08 Nov 2019, 15:50
Служу России! – негромко ответствовал я
Итак - автор? Что это было и когда - СССР или уже гораздо... позже - армия РФ? :(


Всё, что не делается, то к лучшему... :gyi:

User avatar

Topic Author
Флав Найребис
Новичок
Posts: 46
Joined: 06 Oct 2019, 08:00
Reputation: 16
Sex: male
Location: Сибирь
Ваш Знак зодиака: Весы
Has thanked: 20 times
Been thanked: 30 times
Gender:
Russia

Re: Дачные приключения. Записки дембеля.

Post: # 47037Post Флав Найребис
09 Nov 2019, 06:35

Serafim wrote:
08 Nov 2019, 22:42
Что это было и когда - СССР или уже гораздо... позже - армия РФ?
Не наблюдаю противоречий. Анекдот может быть хоть из каменного века. А ответ на поздравление - из сегодня.



User avatar

curious
Старожил
Posts: 501
Joined: 22 Oct 2018, 16:31
Reputation: 36
Sex: male
Location: ЦФО
Has thanked: 191 times
Been thanked: 75 times
Gender:
Russia

Re: Дачные приключения. Записки дембеля.

Post: # 47061Post curious
10 Nov 2019, 08:24

Больше не критикую, ибо понял, что у нас с автором разные интересы к ампути.

Опять же, лично я не люблю неприкрытого вида садизм в формате "Елена в ящике" и иже с этим ампутация всех конечностей по кругу, ну и хождение а-ля червячок на одном костыле... не моё, имхо.
Увы, нет у меня желания создавать дополнительные трудности и откровенно издеваться над девушкой, которая уже и так многое перенесла при ампутации...


Ёк, костылёк =)

User avatar

bordoler
Дух форума
Posts: 3337
Joined: 11 Mar 2017, 10:57
Reputation: 604
Sex: male
Location: Москва
Ваш Знак зодиака: Овен
Has thanked: 92 times
Been thanked: 498 times
Gender:
Russia

Re: Дачные приключения. Записки дембеля.

Post: # 47064Post bordoler
10 Nov 2019, 08:31

Мдяяя, ситуация усугубляется... :lol: Сначала была одноногая, потом без ноги и руки, без двух рук, без двух ног... Вот теперь, без рук и ноги... И все стучаться в двери к сердобольному герою с неистребимым желанием отдаться... :D Похоже, осталось дождаться, когда постучится без рук без ног... :sarc: Думаю, будет весело!



Post Reply

Who is online

Users browsing this forum: No registered users and 0 guests